Книга Горячая попаданка для хозяина ледяных пустошей, страница 81 – Полина Миронова

Отвратительно! Смотреть на императора и слушать его рассуждения было противно,как будто я в дерьме искупалась. Мне было так плохо, что я почти решилась вернуться в избу к Бастиану, как услышала его безжизненный голос:

— Досмотри все до конца.

Я пролистнула вперед и наткнулась на сцену, где император беседует с Бастианом.

— Сынок, — император похлопал его по плечу. — Я знаю, что ты мне предан. Знаю, что с честью выполняешь свой долг. Но твои отец и дядя… — Он драматически замолчал. — Они с группой единомышленников действительно готовили переворот. У меня есть неоспоримые доказательства. Но я понимаю, что обнародовав их, я покрою наш род несмываемым позором. Поэтому я предлагаю тебе послужить империи и закрыть долг семьи перед ней.

Вот козел! Я поняла, что драконы из предыдущей сцены — это отец и дядя Бастиана. Кулаки сжались от желания вмазать этому уроду по слащавой физиономии. Как он все гладко провернул, убил отца и отправил сына подальше, чтобы он не смог докопаться до правды.

— Дальше, — прошептал далекий Бастиан, и я яростно пролистнула пару страниц.

Я увидела Лиходея, который склонился надо мной. Я совершенно не помнила, как теряла сознание, поэтому решила послушать, что он бормочет.

— Ну уж нет, глупая жар-птица не испортит мне дело жизни, — яростно прошипел он и стал расстегивать мою шубу. — Эта Василиса со своими придурками даже здесь умудряются мне мешать. Как она сумела протащить птицу в тюрьму, еще и нашла ее в старом мире. Лезут и лезут ко мне! Только от Никиты отвязался с его манией преследования, как они нарисовались со своей девахой.

Он расстегнул шубу, поковырял купальник и стал меня раздевать. Стянул шубу с правой руки и замер. Вся кожа моего предплечья была украшена татуировками. Была там и птица с человеческим лицом, сидящая на дереве, и дракон, который пыхал огнем на черного человечка. Но Лиходея моя татуировка не впечатлила. Он выругался сквозь зубы и пошел к стеллажу за зельем.

— Придется убить тебя глупая птица, — с сожалением сказал он, открывая мне рот и выливая туда содержимое пробирки. — Не тебе быть истинной моего дракона. Я присмотрю ему правильную драконицу, а ты выскочка умрешь.

Горло знакомо обожгло горечью, я вспомнила, как корчилась на кровати в гареме, мечтая умереть.

— Возвращайся, любимая, — позвал меня Бастиан, и я послушно заскользила в темноту с искрами.

Но очутилась я не в избе, залитой уходящим солнцем, а в темной пещере. На стенах висели пленники в оковах, похожие на скелетов. Я прижалась к теплому боку Бастиана, и он меня со всей силы обнял, вжимая в свое тело.

— Ну, как тебе? Понравилось? — проскрипела Василисушка.

Я поморщилась, разглядывая обтянутый сухой морщинистой кожей череп и редкие длинные волосы, которые частично прикрывали истлевшую одежду.

— Познавательно, — коротко ответила я. — Скажи, а если мы вас убьем, то император тоже умрет?

Василиса каркающе рассмеялась.

— Нет. Мы условно бессмертны. Все. Лиходей, кстати, тоже жив, только заморожен. Ты уж его владетель разморозь, когда в замок попадешь. У меня на него большие надежды. Знаю же, что чертяка давно придумал, как сбежать отсюда, только нужды у него в этом не было.

Бастиан нахмурился и взял меня за руку.

— А с чего вы решили, что теперь я буду вам помогать. Вы находитесь в тюрьме совершенно заслуженно, и выпускать вас отсюда я не намерен.