Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 110 – Юлия Фирсанова

Вот они – добрые дела, не успеешь одно закончить, за ним хвостом другое тянется, как инфекции к ослабленному организму липнут. Но послать детишек на три веселые буквы и спокойно продолжить пирушку – значило подтвердить, что прав Лорд. Что я, такая же дрянь, только в другой упаковке? Не дождетесь!

– Хорошо, пойдем поглядим, чего сделать можно, – отодвинула я тарелку, встала, прихватила сумку со священным колдовским атамом и прочими девичьими мелочами.

Ребята, не веря своему везению, поспешно, пока я не передумала, попятились за дверь.

– Неужели вы правда собираетесь идти с этими… – у возмущенного Лорда не нашлось изысканного речевого эквивалента тому, что он думал об оборвышах, зато глаза выкатил весьма красочно и брови взметнулись чуть ли не к волосам, – ночью, в трущобы! Это недостойно высокого титула магевы! Это, в конце концов, опасно!

– Они позвали, насколько я понимаю, долг любого мага отвечать на просьбу не обладающего даром и нуждающегося в помощи, – пожала я плечами как можно безразличнее. – Именно это, а не выбор новых кружев на рубашку, считается призванием и прямой обязанностью.

– К счастью, меня подобными глупостями не тревожат. – Маг попробовал заявить сие с надменным превосходством, а вышло как-то жалко.

– К счастью? – удивилась, спародировав манеру Лорда выгибать брови. – Что ж, каждый понимает счастье по-своему. Бывай, маг!

Лакс молча поднялся вслед за мной, отвесил мужчине преувеличенно-издевательский поклон. Фаль присел на плечо и показал надменному колдуну кончик розового язычка. Мы вышли в общий зал, где у стойки, держа в обеих руках по пирожку, врученному в руки добросердечной Вларисой, переминались с ноги на ногу ребятишки.

– Ешьте, голодранцы, – преувеличенно сурово насупив брови, приговаривала трактирщица. – Да не суй, не суй за пазуху, я тебе еще дам!

– Я не себе, я брату, – пискнул один из храбрых малышей, запихивая за щеку сразу половину пирожка с повидлом. Яркая струйка тут же потекла из уголка рта по личику. – Он при тятьке остался.

– Ох, – покачала головой Влариса, сноровисто накидала пацанятам объемистый узелок, сунула в руки ближайшего: – Держи, паренек!

– Я девочка, спасибо, тетечка, – поблагодарила худосочная малявка, бережно прижав к себе узелок.

– Ну что, ведите к тяте! – обратилась я к детишкам.

Восхищение и надежда в глазах воссияли ярчайшими из звезд, сделав чумазые мордашки сказочно, почти по-эльфийски прекрасными. Мы покинули жаркое чрево трактира и ступили на все еще теплую, но уже пахнущую ночной свежестью мостовую, в сгущающиеся сумерки. Лакс забрал у девочки тяжелый узел с продуктами, сунул к себе в сумку и поинтересовался:

– Далеко живете, галчата?

– На Куриной Гузке, – отозвался паренек.

– Лакс, переведи, – попросила я.

– С полчаса ходу, нищий район, – обронил вор, – но есть и погаже. Там почти спокойно.

– А я-то на приключения надеялась, – улыбнулась я и обратилась к ребятишкам: – Давайте знакомиться. Магева Оса, моего друга зовут Лаксом.

Малыши замялись, я сначала не поняла почему, не имена же свои позабыли, а потом сообразила и осторожно добавила:

– Говорите, не бойтесь, для заклятий не использую, обещаю.

– Меня Павилой кличут, – раскололась девочка, стрельнув глазами.

– Да Павка ты, – презрительно фыркнул малец и назвался в свою очередь: – Я Оль. А дома с тятькой Ваник остался.