Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 300 – Юлия Фирсанова

– Ну вот и все, – оповестила об окончании магических действий общество, замершее в минуте молчания по животине. – Поехали, что ли?

Вид мертвой лошади малость пошатнул мой неувядающий оптимизм, но теперь, когда Лист обернулся ветром и пеплом, стало все-таки легче и спокойнее. Бурас терпеливо выдержал процесс седлания и подгонки сбруи под его габариты. Мы снова выехали на дорогу, численность отряда осталась прежней, хоть нижний состав и поменялся. Безвременная кончина Кейрового жеребца словно выкупила нам тихий и спокойный путь. Никаких происшествий не случалось практически до самого Ланца. Я уже почти расслабилась, когда впереди послышался заунывный, исполненный беспросветной, черной тоски вой. Он длился и длился, казалось, никакие глотки и легкие неспособны издать такой звук, он доносился из самой преисподней, где адские псы, товарищи этого «певца», рвали на клочки души грешников.

– Смерть накликает! Вот оно, видение твое! – шепнул побелевшими губами Кейр.

– Ага, видение там или не видение, – стряхивая с себя невольный ужас, бодро согласилась я, – только если какая сволочь до того животинку довела, что она так орет, будто в проклятие рода Баскервилей играет, точно порву, как Тузик грелку, пусть и не член Общества защиты животных!

Завой кто так в сумерках, я бы тоже начала перебирать в памяти истории о сверхъестественных созданиях, но, пока было светло, следовало поискать более рациональное объяснение в духе старины Холмса. Ох, любила я в детстве рассказы об этом музыканте- наркомане.

– Ты думаешь, воет живой пес? – догадался Лакс, утихомирив перепуганного коня. Родство с эльфами помогало рыжему пройдохе находить общий язык с животными и, полагаю, немало послужило ему в противозаконных делишках.

Лошадь, без сомнения, животное нервное и чуткое, но его страх для меня не индикатор сверхъестественности. Сильный резкий звук способен напугать кого угодно, не только обычное четвероногое, я сама как-то раз среди ночи проснулась в холодном поту, когда мобильный телефон завопил голосом Шакиры. Ох и досталось одному в моральном смысле козлу мысленно и на чистом русском за мою побудку! Думаю, он вообще зарекся звонить по ночам кому бы то ни было, не то что телефоны путать. А мобильник я с той поры ночью на виброзвонок ставлю.

Самым спокойным и несуеверным из нашей компании оказался, как вы догадались, Дэлькор. Фаль вздрогнул у меня на плече, а жеребец даже ухом не повел. То ли в самом деле знал, кто голосит, и не видел для себя великолепного опасности, то ли настолько верил в меня, дорогую хозяйку, что опять же не волновался.

– Не знаю, Лакс, как вообще в ваших краях определить раз и навсегда, кто живой, а кто нет. Волшебный мир. Право слово! Однако кем бы ни было это создание, оно мучается, значит, чувствует и страдает, поэтому для меня оно живое. Другим своего мнения не навязываю. Сейчас разберемся, – ответила я и призывно посвистела, так, как обычно звала бабушкиного пса.

Кусты справа пошли мощными волнами, мы слышали только их шелест, чуть более сильный, чем на ветру, потом легкая рябь прокатилась по высокой, пропыленной траве, и на обочину выбрался громадный, с пони ростом, черный пес. Встряхнулся и в несколько неслышных прыжков, будто и впрямь был призраком, отмахал до нашей группы.