Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 339 – Юлия Фирсанова

«Заклятия! – шибануло в голове увесистым молоточком с резиновой пумпочкой на конце. – Ой, блин! Я же забыла снять с Дерга защитные чары, а ведь вовсе не собиралась сохранять неуязвимость сыскаря на веки вечные, чтобы он как тибетский лама оборотился в нетленку. Разок жизнь спасла, и хватит, дальше пусть сам крутится, а то избалуется, характер испортится».

Сосредоточившись на круге защиты Кейсара, я поспешно растворила руны и еще раз отругала себя за невнимательность. Все то время, пока соображала, что к чему (минуту-две максимум) и еще секунд двадцать колдовала, Дерг и Альвин молчали, первый с терпеливой серьезностью, второй восторженно, как подросток, лицом к лицу столкнувшийся с Гарри Поттером. Уж не угораздило ли меня затесаться на первое место среди личных кумиров юного принца?

Кстати, при появлении оного мужчины встали, то ли защищая меня, то ли почтительно приветствуя монарха.

– Привет, как нашли нас, не спрашиваю, пес привел, – нарушила молчание все так же сидя. Магевам человеческие законы не писаны, тут еще разобраться надо, кто при ком и в какой позе стоять должен. – Поэтому заходите, прикрывайте дверь, присаживайтесь и отвечайте, зачем пожаловали? Просто «спасибо» сказать или не только?

– Я же говорил, ваше величество, магева Оса удивительная, – проронил сыщик краткий комментарий. Суховатый тон совершенно не вязался с доброй иронией и морем благодарности, затаившимися в карих глазах.

Когда вот так в лоб задаешь прямой вопрос, часто теряются даже самые большие любители навести тень на плетень, а заодно экономится прорва времени. Кейсар откровенно усмехнулся, Альвин, очевидно пойманный на горячем, покраснел. Гости прошли к столу, сели, вслед за ними заняли сидячее положение и мои компаньоны. Вошедший весьма своевременно Кейр окинул взглядом странное сборище и молча встал у окна. Соблазнительные ароматы съестного пощекотали ноздри изголодавшегося в тюремном заключении сыщика, да и свежеиспеченный король Ланца сглотнул слюну. Бедный парнишка, наверное, он так переживал неизбежную казнь Кейсара, что кусок в горло не лез, а потом во всей этой кутерьме никто не догадался позаботиться о его пропитании. Все были слишком заняты, а переход ко всеобщему кутежу еще только намечался.

– Так, планы меняются. Никаких разговоров, пока не поедите, – типично диктаторским тоном велела я, пододвигая к мужчинам тарелки.

– Но, магева, сие неудобно… – попытался возразить Альвин, стесняясь совершенно не по-королевски.

По всему видать, опыта у юноши пока было маловато, небось папашка к власти не подпускал, конкуренции опасался. Зато какой хороший мальчик вырос, а плохим за него, пока не научится, Кейсар поработает. Свита делает короля. Альвин, если не прикончат какие-нибудь революционеры, заговорщики или враги-интервенты, придет пора, наловчится и врать с праведным лицом, и в приказном порядке изымать у окружающих все, чего потребуется в государственных целях.

– Неудобно голым в городском фонтане купаться, как говорит наша магева, – с готовностью просветил монарха Лакс, обожавший мои присказки про неудобства, и наполнил мужикам кружки моим любимым ягодником. На столе стояли и иные напитки, но алкоголь гостям пока не требовался.

– Ешь, твое величество, – фыркнула я и фамильярно похлопала короля по тощему плечу, – а то в голодный обморок тут у меня хлопнешься. Вот радости будет! А Кейсару вообще после тюремных харчей усиленный режим питания положен и отдых на курорте. На отдых его все равно никто не отпустит, да такого патриота, пожалуй, пинками не вытуришь. Пусть хоть поест по-человечески. Одной свободой и радостью сыт не будешь. Слишком эфемерные продукты, хоть без них тоже кусок в горло не лезет.