Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 422 – Юлия Фирсанова

– Уютненько! – оценила старания сильфов, соскользнула с седла и подключилась к процессу распаковывания пищи и сервировке полевого, вернее, лугового стола.

– Удачное место, – оценил и Гиз, а сильфы напыжились так, будто собирались лопнуть от гордости и осесть на траву горсткой блестящей пыльцы.

– Пикник, достойный королей! – выразился более пышно Лакс, плюхнувшись в траву, раскинув руки, будто собирался лететь вниз, дыша полной грудью. Дерзкий кузнечик вспрыгнул ему на зеленую рубашку золотой брошью. Великодушный вор не стал сгонять насекомое.

Момент был удачным, я торжественно провозгласила:

– А все благодаря Иессе и ее знанию здешних лесов! Ты нам здорово помогла!

Сильфида, устроившаяся в густых косичках гривы Дэлькора, заулыбалась, но не ухватилась за шанс признать весы взаимных долгов уравновешенными. И то правда: даже самая восхитительная полянка для пикника не стоит освобождения из застенков. Ну что ж, придумаем еще что-нибудь. А пока пора кушать!

Кроме чаши родника имелась еще одна более плоская чаша, выложенная темными камнями с явными признаками старого огня. Там, чтобы не портить травы, Кейр разложил небольшой костерок, разогреть наш обед. Потянулись аппетитные запахи, и некоторое время никто из нас ни о чем, кроме трапезы, не думал. А может, прав наемник: быть поваром его призвание?

Голодное брюхо к ученью глухо, да и в первой стадии процесса насыщения не слишком хочется думать о чем-либо, кроме очередного вкусного кусочка, зато чуть позднее, прихлебывая травяной отвар со сладкой сдобой вприкуску, я задумчиво заметила, показав надкушенным ягодным пирогом на менгиры:

– Вот странно, среди такой красоты эти серые каменюки, но почему-то кажется, что они тут не случайные и совсем не лишние, а вся поляна сотворена специально, чтобы служить достойным обрамлением.

– Так ведь оно и есть, магева, – доедая местный фрукт, похожий на грушу с одной большой косточкой, обкусывая его со всех сторон со скоростью циркулярной пилы, вонзающейся в трухлявую древесину, ответила Иесса и объявила, как кондуктор остановку: – Это поляна вещих камней!

– Они чего, говорят? – изумился Лакс и впился в каменюки взглядом, то ли рассчитывая отыскать рот, то ли опасаясь.

– Нет, – едва не поперхнувшись последним кусочком сочного фрукта, нежно засмеялась сильфида нелепому предположению. – Лишь посылают вещие сны, если лечь в траву, обратив голову к основанию камня, и сомкнуть веки.

– Эх, – не то в шутку, не то всерьез пригорюнился Лакс, прикусывая травинку, – а я всегда мечтал увидеть хоть один вещий сон. А то о них все больше в сказаниях да легендах речь идет! Всякие герои почем зря видят сны красивые, торжественные, как похороны монарха, с богами, духами и покойными предками. А бедному вору все больше похмельные кошмары являются! Нет, героем быть тоже не хочется, все величественные подвиги, как правило, кончаются не менее величественной смертью задолго до преклонного возраста, но хоть один сон могли бы и на мою долю выделить!

– Так увидь, – искренне не понимая, в чем загвоздка, предложила Иесса, перепорхнув поближе к парню.

– Вещий сон – это, конечно, здорово, вот только из-за забавы до ночи здесь задерживаться нам не с руки, – ответил рыжий. – Днем же я сроду спать не мог, даже в детстве, когда мамка в постель чуть ли не силком отправляла. Она меня в кровать уложит, а я через окно и на двор, с ребятами гонять.