Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 613 – Юлия Фирсанова

– Киз, завари чего-нибудь успокоительного из сборов, Гиз, принеси одеяло из комнаты, и оставьте нас на минутку, пожалуйста! – попросила я мужчин. В свою очередь призвала руну лаго,отвечающую задушевное здоровье, заключила в ингуси подвесила над Фегорой, изо всех сил желая, чтобы бедная женщина погрузилась в свет рун и смогла обрести в нем хоть какое-то утешение.

Телохранители сделали все максимально быстро, не задавая лишних вопросов. Подвинув свой стул ближе, я обхватила женщину руками поверх одеяла и, покачиваясь вместе с ней, тихо зашептала:

– Тс-с, тс-с, ты не могла этого знать, ты не виновата, успокойся, тс-с!

Мало-помалу дрожь начала стихать, раскачивание прекратилось на полуфазе, я всучила в руки бедолаге кружку с отваром. Фегора, постукивая зубами о край, с трудом сделала несколько глотков. И поглядела на меня больными глазами.

– Ничего не надо говорить, я уже поняла, ты каким-то образом связана с силой Артаксара, и пока не восстановится хотя бы относительный баланс, ничего предпринять не можешь. Мы вернемся к разговору после попытки обновить силу древнего договора.

– С-спасибо, твоя магия утешает боль сердца, – прошептала женщина. – Ты была права, когда поставила условие. Постарайтесь избегать того ночного гостя, без печати у тебя нет шансов успокоить его. И прости, я не могу сказать большего. Не имею права.

– Ты не возражаешь, если я не стану снимать рунный знак? – спросила я для проформы, принимая объяснения и веря артефактчице. Не всегда многие знания несут многие печали, но сейчас попытка вырвать некое откровение действительно могла быть не только лишней, даже опасной. Понимание этого шло не на уровне разума и логики, скорее на уровне чувств и инстинктов: я так чувствовала и готова была довериться этому чутью.

– Я прошу его сохранить, – промолвила Фегора и одними губами, все еще очень бледными, но уже не белыми, как смерть, добавила (я не столько услышала, сколько догадалась о смысле сказанного): – Иначе я могу сойти с ума.

Что тут скажешь, я промолчала. Артефактчица еще некоторое время пила чай мелкими глотками, не столько испытывая жажду, сколько прячась от вопросов, ответов да и самой необходимости что-то делать, решать и жить. Но минуты слабости минули. Женщина сняла серое одеяло, аккуратно сложила и опустила на свободный стул, встала, не горбясь, храня гордую осанку, сполоснула чашку в миске с водой и только потом повернулась ко мне. Во взоре твердая решимость и сознание долга, тяжелые, необходимые и более важные, чем жалость к себе и личные страдания.

– Позови своих людей, служительница.

Я повернулась к окну и постучала по стеклу, привлекая внимание тихо переговаривающихся телохранителей. Сильф не мельтешил вокруг, а тихонько сидел на плече у Гиза, маскируясь под листик- мутант.

– Времени меньше, чем я рассчитывала, – заговорила Фегора, дождавшись, когда все снова соберутся на кухне. Причем мужчины садиться не стали, замерли парочкой атлантов у дверей, скрестив руки. Глаза смотрели холодно и твердо, не лица – маски, а все потому, что не знали, чего ожидать от хозяйки дома. – Добраться до столицы надлежит порталом. Я открою его. Риалла – внучка смотрителя дворцовых архивов Шеллая. Я велю девочке проводить вас к нему. При встрече передай ему вот это.