Книга Роковая ошибка, страница 4 – Майя Саммер

Игорь протянул дрожащую руку, в которой был зажат запечатанный конверт. Я машинально взяла его, не в силах оторвать взгляд от его лица.

— У меня рак, Нина. Последняя стадия, — его слова упали, как камни, разбивая хрупкое спокойствие новогодней ночи.

Я застыла, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово. Мой разум отказывался принимать услышанное. Как такое возможно? Почему сейчас, когда я наконец-то обрела счастье? Звуки праздника из дома казалисьтеперь чем-то далеким и нереальным.

Я почувствовала, как его пальцы на мгновение коснулись моей руки, когда я брала конверт, и по телу пробежала непрошеная дрожь. Воспоминания, которые я так долго пыталась похоронить, вдруг нахлынули с новой силой.

В этот момент за моей спиной появился Кирилл. Он сразу почувствовал, что что-то не так. Его взгляд метнулся от моего бледного лица к Игорю на пороге, и глаза сузились от подозрения.

— Нина? В чём дело? — в голосе Кирилла слышалась тревога и едва сдерживаемое напряжение.

Я открыла рот, но не смогла произнести ни звука. Как объяснить мужу, что на пороге нашего дома в новогоднюю ночь стоит мой бывший муж с известием о смертельной болезни?

Воздух, казалось, загустел от напряжения. Невысказанные вопросы повисли между нами, словно тяжелые снежные тучи, готовые разразиться бурей.

Внезапно тишину нарушил детский голосок. Маша, заинтригованная неожиданным прерыванием праздника, выглянула из-за угла. Ее глаза расширились, когда она увидела отца у двери и напряженные лица взрослых.

— Мама? — неуверенно позвала она, и ее голос словно разбил стеклянный купол тишины, окруживший нас.

Разрываясь между инстинктивным желанием успокоить дочь и срочностью ситуации, я с трудом нашла в себе силы заговорить. Повернувшись к Маше, попыталась изобразить на лице успокаивающую улыбку.

— Все хорошо, солнышко. Иди к Леше, я скоро приду, — мой голос звучал неестественно даже для меня самой.

Маша неохотно отступила, бросив последний любопытный взгляд на папу, прежде чем скрыться за углом. Я снова повернулась к Игорю, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле.

— Что тебе нужно от меня? — спросила я, и мой голос был смесью сострадания и настороженности.

Игорь открыл рот, чтобы ответить, но Кирилл шагнул вперед, обнимая меня за плечи защитным жестом. Его голос был твердым и не оставлял места для возражений:

— Я думаю, тебе лучше уйти.

Игорь кивнул, понимая деликатность ситуации. Его взгляд снова метнулся ко мне, и в нем читалась мольба.

— Я уйду. Но, пожалуйста, Нина, прочти документы. Я свяжусь с тобой.

С последним долгим взглядом на меня он повернулся и исчез в снежной ночи. Я медленно закрыла дверь, остро ощущая вес конверта в руке и вопросительный взгляд Кирилла.

Праздничная атмосфера новогоднейночи испарилась, уступив место тяжелому молчанию, наполненному невысказанными вопросами и всплывшими воспоминаниями. Я вдруг осознала, что с возвращением Игоря хрупкое равновесие моей новой жизни было безвозвратно нарушено.

Часы в гостиной начали отбивать полночь. За окном раздались первые залпы новогодних фейерверков, их яркие вспышки освещали комнату, создавая причудливую игру света и тени на наших с Кириллом лицах.

— Что ему нужно? — в голосе Кирилла слышалась едва сдерживаемая тревога.