Книга Привет! Я отец твоего ребенка, страница 43 – Ника Кобальт

Вячеслав же терпеливо ждёт.

Хоть по его тяжёлому дыханию и обжигающему взгляду я понимаю, что даётся это ему непросто. Через какое-то время, немного привыкнув,я начинаю медленно двигаться. Но Вячеслава мой темп, кажется, не устраивает. Поэтому вскоре он перехватывает инициативу. Он придерживает меня за бёдра и быстро с влажными шлепками вбивается в меня под мои громкие стоны.

Я же склоняюсь к его плечу, прикусывая грубую ткань пальто, чтобы хоть как-то заглушить рвущийся из груди стоны.

Кончаю я первой.

Он же двигается ещё некоторое время и потом изливается в меня.

Некоторое время после мы молча и тяжело дыша так и сидим, обнявшись. Я разрываю объятья первой, поднимаюсь и, не глядя ему в лицо, перебираюсь на сиденье рядом. Вячеслав же тянется куда-то в сторону и достаёт влажные салфетки. Я порываюсь взять их, чтобы привести себя в порядок. Но он неожиданно делает это за меня. И хоть мы только что занимались сексом, я всё равно невольно смущённо краснею от его действий.

После я поправляю платье, приглаживаю растрепавшиеся волосы, а затем ищу сумочку. Она обнаруживается на полу. В ней я нахожу не только косметику, но и небольшое зеркало. И привожу себя в порядок. Вячеслав же поднимает и отряхивает шубу.

К счастью, пострадала она несильно.

* * *

Через некоторое время, когда мы оба приводим себя в порядок, в машину с невозмутимым видом возвращается Михаил. И мы едем дальше. А я не знаю, куда деть глаза от стыда. Хоть Михаил даже не смотрит в нашу сторону. Но он ведь наверняка всё прекрасно понимает.

Вячеслав, словно заметив моё состояние, придвигает ближе к себе, позволяя скрыть пылающее от стыда лицо у него на груди.

Так я и еду всю дорогу.

Но вот машина, наконец, останавливается.

Вячеслав выходит первым, а когда я порываюсь выскользнуть следом, то внезапно опять оказываюсь у него на руках.

— Здесь же идти совсем немного, — говорю я.

— А мне, может быть, понравилось носить тебя на руках, Аня, — возражает он, глядя при этом на меня так, что сердце в груди замирает.

И я понимаю, что идти самой он мне не позволит.

Впрочем, это даже приятно. Раньше меня никто не носил на руках. И неизвестно: будут ли носить в будущем.

Потому я лишь отворачиваю лицо, опять пряча его у него на груди. Ведь если в холле нам вдруг встретится Ольга Александровна, то я даже не представляю, как посмотрю ей в глаза. Хоть она-то вряд ли поймёт, что произошло между нами в машине.

Но хватит и того,что знаю я.

Так что по сторонам я начинаю смотреть лишь после того, как Вячеслав поднимается по лестнице уже в доме и за нашими спинами хлопает дверь. Я тут же удивлённо округляю глаза. Потому что комната, в которую он меня принёс, мне совсем не знакома. Это небольшая спальня, выполненная в строгой бело-серо-чёрной гамме. Чисто мужской. И большую её часть занимает кровать.

— А… — начинаю было я.

Но Вячеслав отвечает прежде, чем я успеваю задать вопрос.

— Это моя спальня, — говорит невозмутимо он, ставя меня на пол и начиная стаскивать шубу с моих плеч.

— Твоя⁈ Но зачем…

— Потому что я собираюсь продолжить начатое в машине, — говорит он, отбрасывая шубу куда-то в сторону.

Я рассеяно слежу за тем, как она опускается в небольшое серое кресло в углу, наполовину свесившись на пол.

— Продолжить? — переспрашиваю я удивлённо. — Но то же успел…