Книга Больше не твои. После развода, страница 89 – Амина Асхадова

Рамис поднимается с места, оставляя меня на качелях.

Сам опускается на пол и начинает разговор:

— Я не планировал детей. Вообще. Это к слову о нашей несовместимости. Но теперь у меня есть Селин, так с чего ты взяла, что меня волнует вопрос нашей несовместимости?

— Это ты сейчас так говоришь. А потом захочешь наследника. Селин ведь девочка.

— Айлин… — усмехается Рамис.

— Почему ты смеешься?

Я не вижу. Но слышу, как он улыбается.

Я не подаю вида, что мне тяжело об этом говорить, и спокойно продолжаю:

— Так мама говорила, — поясняю ему. — Мой отец постоянно ее винил, что она только девочку родила. И больше никого не смогла. Не думаю, что у нас что-то выйдет. Снова.

— Мне плевать, девочка или мальчик. Веришь или нет?

— Не верю.

— Может, дело тогда в этом? Что не веришь? — пытливо спрашивает Рамис.

Рамис выглядит совершенно спокойным, но голос его был натянут как струна. Кажется, этот разговор дается нам тяжело. Нам обоим.

— Выбрось напутствия матери, Айлин. Выбрось из головы все, что она тебе говорила. И жить будет легче. И у нас все получится.

— А если не получится? Если я уеду с тобой сейчас, а потом… Что потом?

— Я не могу дать тебе стопроцентную гарантию, что у нас все получится, — честно отвечает Рамис.

И мы замолкаем.

Ненадолго.

Никто не даст мне гарантий. Это риски, как и все решения, принимаемые в этой жизни.

— Ты не должен был делать мне больно, — говорю спустя время. — Не должен был. Не должен был обманывать, даже если у самого сердце разрывалось. Пусть бы разрывалось у обоих. Я должна была знать о нашем сыне. Ты мог поступить иначе…

— Если я пообещаю, что я больше так с тобой не поступлю, ты скажешь мне «да»?

«Я больше так с тобой не поступлю». Это звучит как извинение. Как признание своих ошибок. Признание нашего прошлого. Осталось только рискнуть и довериться. И броситься в этот омут с головой — теперь уже не вынужденно, а добровольно.

И верить, верить, верить.

Это семья. Здесь гарантий нет. И вариантов ответа только два.

Да, я хочу рискнуть.

Или нет, я хочу вернуться в свое уютное размеренное одиночество.И Рамису там не будет места.

Ведь обиды и боль сейчас настолько же велики, как наши зарождающиеся чувства.

Что окажется сильнее?..

Айлин

2 года спустя после основных событий

Август в столице выдался на удивление теплым. Точнее, его последние дни.

Сегодня я подтвердила свою запись к визажисту, и мы договорились, что завтра она приедет ко мне к семи утра, чтобы сделать легкий макияж и укладку. Сама я в этот день буду занята Селин, поэтому совершенно точно не смогу добраться до салона.

Завтра первое сентября. Селин идет в школу.

Мне не верится, что она выросла так быстро, но выглаженная школьная форма дочери, висящая в шкафу, и заготовленный букет цветов для первой учительницы уже изрядно намозолили глаза. Не верить в это больше не получается, наша дочь идет в первый класс. Ощущение нового жизненного этапа не покидает меня весь вечер.

В квартире стояла умиротворяющая тишина. Селин уже искупалась, мы вместе высушили ее длинные волосы, и я уложила ее спать. Она с нетерпением ждала завтрашнего дня, чтобы познакомиться с одноклассниками и найти себе новых подруг.

Рамис был в другой спальне. У него были важные переговоры, и он вот-вот был готов сорваться в командировку. На глаза наворачивались слезы от несправедливости, ведь завтра такой важный день, а он…