Книга Будешь моим на неделю?, страница 9 – Алена Бондар

Нагло протискиваюсь между ее губами, ныряю языком вротик и получаю робкий ответ. Мы целуемся нежно и как подростки, для которых это впервые. Знакомимся, проверяем границы друг друга. Хотя скорее это я сметаю ориентиры и рамки.

Завлекаю в страстный танец, который все больше набирает обороты. Не помню, когда в последний раз получал такой кайф от простого поцелуя. Она по-прежнему не обнимает меня за шею, а я не касаюсь ее тела.

Мы как саперы на минном поле. Боимся сделать шаг. Отстраняюсь от нее резко и внимательно смотрю в растерянные и распахнутые глаза. Алина дезориентирована и не похоже, что играет в недотрогу.

Может, она ею и является и это не подстава?

Она хлопает своими длинными ресницами, а потом на ее щеках появляется очаровательный румянец. Пожалуй, ради такой реакции провоцировать ее нужно почаще.

— Продолжим? — предлагаю дерзко и поправляю член в спортивных штанах.

Она стреляет глазками на него, а потом резко отворачивается к окну. Но напоследок не забывает фыркнуть. С характером. Мне нравится.

Выезжаю на дорогу и стараюсь не дышать полной грудью, не ловить боковым зрением ее силуэт. Она заманивает в свои сети, при этом ничего не делая. Порабощает и заставляет желать ее. Покорить.

Но все убеждения проходят мимо. Когда член стоит, сложно абстрагироваться. На перекрестке, когда загорается красный свет, достаю с заднего сидения куртку и кладу на ее голые коленки. Перевожу взгляд на руки и замечаю гусиную кожу. Ей холодно, но она не просила включить печку, а я думал не об этом.

— Оденься. Почему не сказала, чтобы включил печку?

— Ты меня похитил и везешь непонятно куда! — начинает бодро, а потом, вжавшись в сиденье спиной, произносит на грани слышимости: — Может, ты меня изнасилуешь и выбросишь в каком-нибудь овраге, — отворачивается и бубнит еще что-то.

— Дура! Мы едем ко мне домой, за город. Если бы хотел изнасиловать, то сделал бы уже это. А насчет оврага… — делаю вид, что задумываюсь. А Алина округляет глаза и даже рот приоткрывает. На лице страх, еще немного и может расплакаться. А я, такой подонок, думаю, как эти губы обхватят мой член, который очень просится в бой. — Короче, никакого оврага.

Она шумно выдыхает и только после этого надевает куртку. Еще десять минут проходят в тягостной тишине, но музыку не включаю. Странно, парадоксально, но факт.

— Если ты несобираешься меня насиловать и убивать, — дрожащим голосом начинает, а заканчивает практически бодро: — Может, у тебя найдется таблетка от головы?

Кидаю быстрый взгляд на нее, а потом снова на дорогу. Мы уже выезжаем на трассу, и хочется разогнаться. Но если меня будут отвлекать, ничего не получится.

— Похмелье?

— Да.

— Дома найду все что нужно. А теперь помолчи и постарайся не верещать. Будешь отвлекать.

— От чего? — дрогнувшим голосом переспрашивает.

— Руками в сиденье вцепилась?

— Да.

— Тогда держись, — отвечаю весело и выжимаю педаль газа.

* * *

Делаю, как он велит, и меня вжимает в кресло. Деревья за окном мелькают с такой скоростью, что уже и не пытаюсь всматриваться. Понять, куда он меня везет, тоже не получится, хотя изначально пыталась.

Теперь я только надеюсь, что мы не разобьемся и что Ян не красуется, а знает, что делает. А он еще и виляет между машинами, обгоняя их по встречной. Тихий ужас и оцепенение охватывают все тело.