Книга Снегурочка. В розыске, страница 10 – Анна Герц, Вера Орлова

С самого утра я сама не понимаю зачем зашла в палату интенсивной терапии. Леону уже было легче и он сидел с телефоном. Увидев меня тут же отложил его.

— Хорошо что ты зашла Снегурочка, я поговорить хотел!

Я во все глаза смотрела на него. Сколько мужества в его красивом лице.

— Твой супруг позвонил нашему начальству что на тебя покушение было! Громова уволить хотят! У него трое детей!

Я вздрогнула. Только этого не хватало.

— Я не просила Рената никуда не писать, я с ним поговорю!

— Поговори! — хмуро произнес Рождественский. — Или я с ним поговорю!.На территории мэрии ограбление произошло! Его же отец в мэры баллатируется, куда он смотрит! Орудует банда Дед Морозов, второй ломбард ограблен! А знаешь чьи ломбарды? Конкурента его отца! Ни на кую мысль не наводит!

Я вспыхнула.

— Леон, Марат Сабирович не совсем приятный человек, но он не станет связываться с такими вещами, я много лет знаю этих людей!

Леон махнул рукой.

— Помогли Валерии Андреевне и взяли тебя в рабство, ты думаешь я не знаю что этот урод на тебя руки распускает, а ты боишься из за дочери уйти и из за мамы? Посмотри какая ты стала забитая! Ты же слово боишься сказать! Они тебя запугали и да, все знают о его изменах вечных! Снегурочка…

В глазах Леона мелькнула та теплота что и много лет назад, как мне сейчас хотелось кинуться к нему, повиснуть на его шее, прижаться и просто расплакаться, как маленькой девочке тогда, двенадцать лет назад. Как мы встречали Новый Год, елка шампанское и мандарины. Когда у нас это было в первый раз.

— Я скучал по тебе Снегурочка, все эти года скучал, понимал прекрасно зачем тебе нищий инвалид! Но сейчас… Нас же не просто таксудьба столкнула…

По телу идет дрожь. Я делаю шаг к его кровати и замираю. Дверь палаты открывается и в палату заходит Царев.

— Так и знал, моя любимая жена у товарища майора! Здравствуй майор, сколько лет сколько зим! Не вставай! Мы люди маленькие, нам такой чести не нужно! Спасибо за жену что спас!

Царев подошел и протянул ему руку, я видела с каким презрением и ненавистью в глазах, Леон протягивает ему руку в ответ.

— Мы в положении, любимой волноваться нельзя! Спасибо еще раз майор, а мы пойдем! Сонечке отдыхать надо!

На красивом лице Рождественского заходили желваки, а я не понимая что за цирк устраивает Царев, пошла в сторону выхода подгоняемая им. На пороге обернулась. Наши взгляды встретились, в глазах Леона мелькнуло отчаяние, такое сильное что я отвернулась, если бы он только знал, как я хочу быть с ним.

Царев затолкав меня в кабинет захлопнул за собой дверь. Его лицо потеряло добродушный смешливый вид и сейчас в его глазах плескалась ярость. Закрывшись на замок, он подошел ко мне.

— Это что? Ты меня опозорить решила на всю больницу?

Прежде чем я успела что-то сказать, сильнейшая пощечина снесла меня с ног и я упала на кожаный черный диван держась за щеку. Такие приступы ярости были нормальны для Рената, хорошо что он не распускал руки при дочери.

— Ты хоть понимаешь, что ты жена главного врача и в палату бегаешь к спасителю своему! Ты ему там не дала часом?

У меня потемнело в глазах.

— Ты прямо на этом столе имеешь Камиллу? Лучше бы о своей протеже думал! Она пациентов людьми второго сорта считает!

Ренат рывком поднял меня с дивана и встряхнул словно пакет с пельменями.