Книга Истинная с коготками для дракона, страница 33 – Алена Шашкова

Но гном достает оттуда точную копию первого артефакта, кладет рядом, и оба камня вспыхивают мягким голубым светом.

— Хоть у кого-то котелок здесь варит!

Чувствую на себе пронизывающий взгляд. Будь у той девушки лазеры вместо глаз, меня бы уже насквозь прожгло.

После занятия она выходит из аудитории, намеренно толкая меня в плечо:

— Безродной кошке только и надеяться, что привлечь к себе внимание. А то ведь больше ничего не светит, — фыркая, говорит она своей подружке.

Ох, зря она это! Я медленно, намеренно громко произношу. Так, чтобы она услышала, да и все вокруг тоже.

— Знаешь, я, конечно, кошка. Но, в отличие от некоторых болонок, мне не нужно, чтобы хозяин мне команды отдавал. Я своими мозгами пользуюсь. Попробуй как-нибудь, вдруг понравится.

Девушка замирает, а со всех сторон раздаются ехидные смешки. Кажется, это не входит в задачу сидеть тихо и незаметно, но я не могу терпеть высокомерие.

Едва я успеваю выйти из аудитории, меня под руки подхватывают два больших — по-настоящему огромных! — парня и настойчиво ведут куда-то.

— Глава клана ждет тебя в комнате для встреч, — говорит один из них.

— Отказов не принимается, — добавляет второй.

Ну конечно. Самый главные лев недоволен, что обидели его львенка. Да кто! Какая-то нагулянная кошка. Хотя теперь, когда я знаю особенности эльфиек, у меня уже возникают сомнения, так уж случайно появилась Кэтти и было ли это добровольное решение со стороны ее мамы.

Мороз по коже от таких мыслей. Но, судя по Вернону, папочка там не намного лучше, поэтому и такого варианта не стоит исключать.

Меня ведут в главное здание, в какую-то просторную, но как будто безликую комнату. Надо полагать, это что-то типа «комнаты для свиданий». Что ж, радует, что хотя бы не в клановый дом, а то кто знает, что там за закрытыми дверями со мной могли бы сделать эти зверюги.

Вернон уже там. Он стоит у окна и смотрит на меня с откровенной ненавистью. Рука у него перевязана — видимо, там, где я его вчера поцарапала. Ай-яй-яй, киса обидела льва! Какая трагедия.

Но братец тут не один. В кресле рядом с окном сидит рыжий мужчина лет сорока — пятидесяти. Когда-то наверняка статный и красивый, но сейчас… Сейчас уже сильно потрепанный и заплывший возрастным намывом от праздной жизни и уверенности в собственном величии.

Так вот какой ты, «любимый папочка».

— Кэтрин, — произносит он, снисходительно глядя на меня. — Ты доставила нам много хлопот.

Я молчу и с каменным лицом смотрю на него. Он тоже глядит в ответ и ждет. Не дождавшись, поднимает бровь, протягивает мне руку с крупными, но короткими пальцами с массивными перстнями.

— Ты, конечно же, хочешь попросить прощения и благословения, не так ли? — видимо, «подсказывает» он и кивает на пол у его ног.

Это он имеет в виду, что я должна упасть на колени и лобызать его лапы что ли?

— Нет, — пожимаю плечами.

Кажется, этим я сбиваю весь его благодушный настрой и напрочь рушу ожидания. Ну… его проблемы.

— Ты! — Вернон срывается с места, но отец поднимает руку, и тот застывает, но не перестает шумно дышать, прожигая меня глазами, словно бластерами.

— Ты хотя бы понимаешь, что делаешь? — загадочно спрашивает «папочка». — Я милостиво принял тебя, не дал подохнуть от голода в какой-нибудьподворотне!