Книга На откуп дракону, страница 38 – Анастасия Максименко

Освобождения.

Ранка уже затянулась. Удивительно для примитивного человека. Лизнул языком. Вкусно. Самое вкусное лакомство, какое он когда-либо пробовал.

Перед мысленным взором возникла картинка одр-древа, распластанная на нём онаи его огонь, много огня, а затем дитя из пепла.

Страшный хруст, рычание и утробный, тихий хрип:

― Сана...

Умертвие, страшась и смотреть на дракона, тихо откликнулась:

― Слушаю, хозяин.

Драко рывком поднял Арину на руки и понес в сторону выхода, коротким жестом приказывая умертвию следовать за ним. Остальным коротко бросил:

― Приберитесь здесь и закончите готовку.

По пути Драко немного успокоился. Поморщился про себя. Снова гребанная разбалансировка. Мысленно застыл и хмуро глянул на ношу. Эти её словечки…

Положив девушку на кровать, сухо спросил:

― Что на этот раз, Сана?

Нежить помедлила, прежде чем осторожно произнести:

― Ваша дань порезалась, господин.

― Сама?

― Да. И привлекла тем самым других служащих.

― Порезалась просто так. По неосторожности?

― Мы кое-что обсуждали. Допускаю,девушка переволновалась, узнав кое-что…

Стиснув зубы, он мрачно глянул на Арину. Она слишком дурно влияет на его слуг, а ведь находится в его дворце без году неделя.

― Говори. Что же вы такое там обсуждали?

― М-м-м, она будто бы только узнала, что находится на материке Сталлед и что исконные могут слышать мысли. Видимо, именно этому она сильно удивилась.

Драко недоуменно нахмурился и вдруг немного расслабился.

Не стоит забывать: у его дани поврежден рассудок, вероятно, именно пласт памяти. Об этом он сообщил нежити, попросив передать другим слугам, чтобы были с девушкой осторожнее.

Сана безмолвно поклонилась.

― Присмотри за ней. Разбуди за два часа до полуночи, если сама не проснется. По крови у неё нервное перенапряжение. Видимо, её открытие стало последней каплей. Оттого и обморок. Следи за ней.

― Я поняла.

В мрачном расположении духа дракон нехотя покинул покои жертвы. Нет, эта излишне загадочная человечка доведет его до седых волос. Заморозить бы её, приобщив к рядам умертвий. Чтобы не мучилась.

Только отчего-то мысль о смерти Арины вызывала в его душе нерациональную бурю протеста.

Сана же долго смотрела вслед хозяину и недоумевала. Отчего же она, как положено, не сообщила создателю об этой девчонке всё до конца?

Впрочем, он же Сталлед. Уж получше её знает, что у той в голове.

По щекам хлопали и зудели над ухом:

― Вставай. Солнце село. Ара. Вставай.

Поборов желание пихнуть эту назойливую муху пяткой в глаз, с трудом продрала глаза, уставившись на нависшую зубастую нежить хмуро.

― Ну, и чего скалимся, будто лям баксов задарма получила?

Сана спрятала акульи зубки и привычно-чинно сложила лапки на пузике. Хотя, какой у неё там пузик, впалое всё.

― Иммунитет выработали — уже хорошо. Доброй ночи. Вставай и дуй в ванную. Хозяин приказал разбудить тебя ближе к полуночи.

― Ого, я соня, ― свесила ноги с постели. Желудок неприятно сжался от голода. ― Сан, по-братски, можешь притащить чего перекусить?

На меня глянули с ласковой-убийственностью, после чего направились к выходу, ворча под нос:

― Дожилась. Всякие наглые жертвы как ручную рабыню гоняют.

Прыснув смешком, направилась куда послали.

Сана вернулась, когда я уже почти закончила приводить себя в порядок и расчесывала волосы. По-хорошему — голову помыть, но чует моя пятка: это важное дело лучше оставить на завтра. С учетом того, что чешуйчатый собрался тащить меня на ночь глядя невесть куда.