Книга На откуп дракону, страница 78 – Анастасия Максименко

Прислонившись лбом к деревянному полотну, Драко пытался вернуть себе пошатнувшееся самообладание. Катастрофа с ума его сведет, видят ушедшие боги.

Что он ей мог сказать? Что позволил себе невозможное? Допустил, чтобы ростки пагубных чувств оплели путами его зачерствевшее сердце? Что не видит, кроме неё, иных женщин? А дальше что?

Если Арина — не та самая… Если ему придется совершить страшное ради блага этого мира, как дальше ему жить? И жить ли вообще? Он запутался, как только вылупившийся дракончик из материнской скорлупы.

Союз человека и дракона — запретный плод, невозможный как минимум по той простой причине, что их виды лишь условно совместимы.

Для приятных развлечений, так скажем, человечки подходили, но уж точно не для большего, а уж после случившейся беды на них драконы и не смотрели более, чем на животных. Необходимых для выживания их вида, но ужасно ненавистных.

― Бесишься? ― услышал за спиной насмешливый голос оракула и ощерился. Цапнув Лунгара отросшими когтями за плечо, утащил в переход.

― Эй, полегче! ― рыкнул сородич, выпутываясь из хватки. ― Ну, вот, мундир мне испортил, ― поцокал языком на окрасившиеся в кровь дырки на дорогой ткани.

― Это всё из-за тебя! Твоего швархового пророчества. Даже если Арина — та самая, какое потомство с ней будет? Ты прекрасно знаешь: союз дракона и человека всегда был под запретом, что дети в таком союзе рождались слабее примитивного животного.

― Ха. Так вот что тебя волнует, ― раздражая смешливым видом, тянет Лунгар, пристраивая зад в его кресло.

― А этого мало?

― Ну, слушай, речь шла о иномирной душе матери-прародительнице не просто ведь так. Ты кое-чего не понял. Давай простым языком. Если ты изберешь верную иномирянку, то вероятней всего её ждет перерождение. А кто у нас славится перерождениями? Не твоя ли Катастрофа?

― Уна – пока единичный случай.

― Упрямый. Но не переживай. Я здесь как раз за тем, чтобы ты не натворил глупостей, только, давай уже, голову прочищай, ладно, и глаза шире открой, в самый ответственный момент меня ведь может и не быть рядом. Понимаешь, да? Пророчества — они ведь такие, как Колеса Фортуны. Смекаешь?

Драко начинал очень даже смекать. Губы его шептали то самое шварховое пророчество. Закатив глаза, он закрыл ладоньюлицо.

― Какой идиот.

― Верно. Ну, как говорят, в семье не без…

― Калипсо. По краю ходишь.

― Всё-всё. Ты бы, кстати, лучше за своей гостьей тоже следил, а то она всё никак не уймется. И да, ваша чердачная девочка очнулась.

Арина

Уловив за дверью подозрительный шум, подкралась к ней и рывком распахнула, высовываясь в коридор, но кроме как осыпающихся золотистых искорок драконьего портального перехода, никого не обнаружила.

Хотя, стоп, а там что такое?..

Прищурившись, на цыпочках подбежала к перилам и наклонилась, поднимая двумя пальцами белый клочок ткани.

Перед носом показались две аккуратные черные лодочки.

― Ты чего здесь ползаешь?

Сана с озадаченным видом крутила в руках тканевую улику, то принюхиваясь к ней, то чуть ли не пробуя на зуб, в то время как я нетерпеливо наматывала круги по спальне.

Как оказалось, ей эта ткань совершенно точно не принадлежала, да и не она ошивалась возле моей комнаты, когда драконы здесь разборки устраивали.