Книга Дыхание огненного дракона, страница 72 – Мия Нуар

Которое ещё больше разыгрывалось после того, как дождь загнал нас с Николь под козырек цветочной лавки. Девушка отодвинула рыжие пряди, которые рассыпались по плечам. Её грудь тяжело опускалась в такт прерывистого дыхания. И я едва сдерживал себя, чтобы не припасть к губам, створки которых призывно приоткрыты.

Николь прижалась спиной к двери, уставилась прямиком в душу своими большими и вдруг потемневшими глазами.

Сколько бы внутренне я не одёргивал себя сейчас, в эту секунду я желал огненную деву, а в глазах всполохами пробивали вишневые блики. Страсть разбежалась и осела в моём теле, распаляя его всё больше и больше. И весь мир расплылся в дымке, оставив только огненное пятно передо мной. Ещё секунда, и я склонюсь к её манящим губам, которые Николь нервно облизывала, и завладею её ртом и языком.

Ладонью сжал выступавший дверной косяк.

– Промокнешь, – с хрипотцой произнесла Николь.

– Главное, чтобы ты не промокла, – удивился, что могу даже что-то произнести сквозь пелену желания. – Не хватало, чтобы ты простудилась, – добавил следом таким же голосом с хрипотцой.

– Не хватало, – вторила хмуро.

Шум дождя прекратился.

– Дождь закончился, – немного отрезвила меня Николь.

Я успокоил дыхание и грохочущеесердце: «Да. У нас не так много времени» и даже справился с мороком, насевшим на меня.

Остаток пути до дома Расаны Деливер мы прошли молча, каждый в своих раздумьях.

Сумасбродная мысль громко билась в тисках собственных разумных доводов: «Непонятным мне образом Николь прочно засела в моей голове и точно свела меня с ума».

Так некстати…

Потому что все мои ментальные способности разбивались о прочные стены выросшего чувства. И работу первого правила менталиста я прочувствовал на себе.

Личные чувства перекрывают все каналы связи с объектом, к которому они возникли.

В холе мадам Расана зажгла свечи в канделябрах, и они отбрасывали тени, когда легкий ветерок залетал внутрь помещения.

Я несколько раз проинструктировал Николь, что сказать Марселю при встрече, и заставил девушку повторить сказанное. Моя задача – подтвердить всё, как специалисту в области ментализма. Внутренне я готовился к ответственному мероприятию. Главное – не упустить момент. Скандал будет невероятный, если Николь предъявит свои претензии прямо посредине маскарадного бала. И ЛаДоалю деваться будет некуда. Вряд ли Марс захочет брать девушку в жены. Гранд рассматривал только высокородные семейства для продолжения знатной драконьей ветви. И непременно драконицу.

Её присутствие я всегда чувствовал. Воздух становился горячим и тягучим.

Я повернулся и на несколько секунд замер. Слегка улыбаясь, Николь призывно смотрела на меня, замерев на последней ступеньке широкой лестницы. Рыжие волосы, переливающиеся огнём, Николь сколола по бокам гребнями. Длинное изумрудное платье в пол струилось глубокими складками и сияло камнями, которыми расшит корсет и длинная юбка.

Колье и диадема идеально подчеркнули выразительные черты лица.

Сияющий сосуд. Словно сама богиня огня – Игнаресия сошла на земли Ассириуса.

Мы смотрели друг на друга. Глаза в глаза.

Чёрные против янтарных. В груди тут же стало тесно, будто каменному до этой знаменательной встречи сердцу хотелось вылететь из тела.

Приподняв подол платья, Николь приблизилась и остановилась подле меня. Глаза лихорадочно блестели, и на секунду в голову влетела шальная мысль не устраивать охоту за Марсом и не ехать на маскарадный бал, а собрать в охапку свою огненную деву и за считанные минуты оказаться среди высоких деревьев Иргинскойдолины. Утонуть в высокой траве и залюбить свою девочку до пьянящей усталости.