Книга Последняя из древнего рода 2. Тень забытых клятв, страница 191 – Ирина Властная

– Так у вас, уважаемый Дарт, особо-то и не получалось, – подкрался к нему лорд Эйшар, и на плечо руку закинул. – Если бы не рецепт «Последнего шанса»… в общем, стоит признать, что род Эйшар в зельеварение роду Гэррош не уступает, да?

– Ещё чего! По-моему, пока ты мне помогал, успел свой нос во все наши родовые записи сунуть! Записи, которым цены нет! – возмущённо буркнул Дарт, но наглую конечность лорда Эйшар сбрасывать не стал. – И вообще! Вы чего сюда все набились, словно рыба в бочку? А ну, брысь! Брысь все! Нашей леди покой нужен! Воете почище штыреней! Эйшар, не стой истуканом, пошли зелья подберём.

Лорд Дартин Гэррош выглядел грозно, и потому в спальне через минуту уже никого не было, даже леди Аэриты… правда, яуслышала, как она призывала госпожу Шарн и взволнованно говорила, что им надо поторопиться… интересно, что они там задумали?

Гретта наводила порядок, то и дело бросая на меня счастливые взгляды. Вернувшийся Дарт напоил нас зельями, причём не делая различий между мной и Виртэном, дал пожевать какой-то неизвестный корешок и хотел ещё в меня бульон насильно влить, но это уже было выше моих сил, да и в сон с неимоверной силой потянуло.

– Вот и славно, – бормотал себе под нос Дарт, заботливо подтягивая одеяло, – спи, девочка, сон лечит. А тебе и твоему упрямому ненаглядному силы теперь восстанавливать надо.

Последним, что я видела, проваливаясь в глубокий целебный сон, было лицо Виртэна. Он уже спал, привалившись к подушкам рядом со мной. Его лицо разгладилось, но пальцы всё ещё бережно сжимали мою ладонь.

Благодаря заботе, которой я была окружена, силы я восстанавливала довольно быстро… Хотя, конечно, немалую роль в процессе моего возвращения в мир живых сыграли зелья, которыми меня без остановки потчевал дедушка Дарт. Иногда я чувствовала себя флакончиком, внутри которого плещутся исключительно зелья.

Силы возвращались, и спустя три дня мне сделали послабление – разрешили вставать с кровати. Удивительно, но даже у Лиары проснулись родственные чувства, и она довольно часто приходила ко мне, читала вслух какие-то слезливые баллады, под которые меня неизменно тянуло в сон. Виртэн и Дарт были счастливы, а я начинала злиться, потому что в Жемчужном просто-таки кипела жизнь и всё мимо меня проходило!

А ведь это я дала всему толчок. Это с моей лёгкой руки сейчас госпожа Шарн за голову хваталась и не знала, в какие закрома запасы запихнуть!

Как только мне разрешили подниматься с кровати, я первым делом к лесу потопала… Ну, это я, конечно, преувеличила… скорее, поползла. Мне надо было с Вайлдвуртом поговорить, нужен был его мудрый совет. Пусть я никому и не говорила, но я несла ответственность за гибель воинов Тшерийского, за смерть лорда Виара и древогорцев. Это по моей вине они оказались в той пещере, и по моей вине ушли за грань.

Виртэн поддерживал меня при каждом шаге, чуть прихрамывая, потому что он игнорировал лечение и получил за это от меня отповедь, но ему это даже нравилось, и он улыбался при каждом взгляде на меня. Когда я озвучила ему свои мысли, то не нашла у него понимания: тот, кто всю жизнь ходил по тонкой грани, кто встречал смерть слишком часто, считал, что погибнуть в бою – это достойный конец жизни любого воина, логичный.