Книга Кошка в жёны, или Не мечтай о разводе, дракон!, страница 36 – Ольга Коротаева

Когда карета подъехала к широкой белоснежной лестнице, ведущей к распахнутым узорчатым дверям, из-за которых доносилась музыка, спрыгнул с козел. Не обращая внимания на шепотки придворных, осуждающе поглядывающих на меня, распахнул дверцу и подал руку своей супруге:

– Готова ли ты стать моей спутницей на балу?

– А что я, зря оземь, как в сказке, билась? – возмущённо отозвалась Заря и крепко вцепилась в мою ладонь. – Кстати, об этом. Прошу, дорогой, не дай мне упасть!

– Ни за что, – поклялся я и помог супруге ступить на землю.

А потом окинул её внимательным взглядом, чтобы убедиться в правильности выбранного размера, да так и застыл от изумления.

Заряна

Ох, польстила я себе! Ох, польстила!

Платье оказалось тесновато в талии и бесстыдно узко выше. Даже корсет не помог спасти ситуацию. Наоборот, сделал ещё хуже! Стоило посильнее стянуть шнуровку, как мои округлости поползли вверх, будто дрожжевое тесто на пару.

– Ой, трындец! – проворчала я, пытаясь предотвратить преждевременное выскакивание своих «шариков» из гнезда. – Как говорила внучка «Это за гранью всех возможных приличий!»

Но отказываться от бала не хотелось. Надо было щёлкнуть Гаина по длинному носу: отомстить ему за бедную Дивину. Отец года, блин! Довёл малышку до нервного тика. Я ещё раз оправила платье и решилась:

– Но на грани же! И так сойдёт.

О том, что грань была о-о-о-очень далеко, примерно в моём мире, мне подсказали квадратные глаза супруга. Казалось, Райс забыл, как дышать, и, не моргая, смотрел на подошедшее тесто. Лицо супруга медленно наливалось краской.

«Ну всё, скоро муженёк вскипит! – удовлетворённо хмыкнула я. – Как чайничек.»

Похоже, сейчас мой суровый дракон умнёт «тесто» обратно в карету и укатит домой, пирожки жарить. Я как бы и так сопротивляться не планировала, очень уж понравился жадный огонь в глазах Райса, но всё же где-то на краю сознания пульсировало желание утереть длинный нос Гаину.

– Попробуешь пойти на попятную, дорогой, – тихо, но твёрдо предупредила я, – уроню себя перед всем честным народом. Уверена, придворные не скоро забудут, как на их глазах внезапно озверела госпожа Адамард, когда муж отказался вести её на бал.

В глазах Райса мелькнуло сомнение, но оно тут же было утоплено в полыхающем море желания. И забыть бы мне о балах на неделю или две, как вдруг придворные расступились, словно океанские воды, и к нам, придерживая пышные облака юбок, подбежала радостная принцесса.

– Райс, ты пришёл! – с придыханием пропела она.

Судя по восторженному взгляду, точно сейчас бы кинулась моему супругу на шею, но я выступила вперёд, не давая это сделать.

– При живой-то жене? Постыдились бы, Ваше Высочество!

– Ой! – девушка испуганно отскочила от меня. – Что это?

– Героиня бала, если я правильно поняла посыл Его Величества, – проигнорировав явную издёвку, парировала я.

Всегда считала себя привлекательной и получала косые взгляды от завистниц, которые отказывалисьот ужина, не расставались с пинцетом, чтобы выщипать лишний волосок и выискивали в себе какие-либо недостатки, тут же яростно стараясь скрыть их.

Я лишь смеялась, жила на полную катушку и отговаривала дочерей моих подруг ложиться под нож. В том, что они считали у себя изъянами, я видела изюминками. Допустим, Лера ненавидела свой длинный нос, но неуловимое сходство с известной актрисой придавало ей утончённости, а после операции потеряла индивидуальность и поклонника. Другая знакомая обзывала себя Чебурашкой из-за оттопыренных ушей. Еле отговорила её от коррекции. И что? Она вышла замуж за богатого японца, который влюбился именно в её ушки!