Книга Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки, страница 22 – Вернэлия Хайд

— Аделин, не трогай её! — выпалил он, и его голос сорвался. — Я…я тоже её люблю! Я никогда не хотел жениться на тебе, это всё отец!

Барон побагровел, будто его сейчас хватит удар, а я моргнула, пытаясь осмыслить это. Прыщавый Фредрик и эта плакса Лилиан? Любовь? Серьёзно? Я опустила ногу, чувствуя, как гнев сменяется смесью раздражения и… ну, может, капелькой умиления. Они выглядели такими милыми, что мне почти стало их жаль.

Рейн, всё это время молчавший, наклонился ко мне, его голос был тихим, но с той самой насмешливой ноткой:

— Василек, не поджигай их. Пока. Кулон, который я зачаровал в детстве, почувствовал угрозу от ритуала Лилиан и перенёс твою душу в академию, в тело Катрин. Ты в безопасности благодаря мне.

Без кулона я, возможно, вообще бы растворилась в какой-нибудь магической бездне.

— Ладно, — буркнула я, скрестив руки и глядя на Лилиан, которая всё ещё всхлипывала у моих ног. — Вставай, плакса. Я не собираюсь тебя поджаривать. И ты, — я ткнула в Фредрика, — можешь оставить свои прыщи для неё. Желаю вам счастья, любви и целый выводок детишек, чтоб вы мучились.

Лилиан ахнула, её глаза расширились, а Фредрик, кажется, впервые в жизни улыбнулся. Толпа зашепталась, мама уронила веер, а папа пробормотал: «Слава богам, контракт отменяется». Леон подмигнул мне, будто я только что выиграла турнир, а Кайрен, не сдержавшись, захлопал.

— Браво, ваше высочество! — сказал он. — Это было лучше, чем моя последняя баллада!

Я закатила глаза, но уголки губ предательски дёрнулись. Рейн сжал мою руку, и я почувствовала, как его магия успокаивает, словно тёплый ветер. Император, наконец, шагнул вперёд, его голос прогремел:

— Довольно. Контракт расторгнут. А теперь, принцесса Аделин, что вы намерены делать

Я выпрямилась, чувствуя, как кулон на шее всё ещё тёплый от магии.

— Я еду в Академию Серебряного Круга, — заявила я, глядя на родителей. — И не спорьте.

Папа застонал, мама схватилась за голову. Рейн улыбнулся, его голубые глаза сверкнули, а Кайрен поклонился с такой театральностью, что я не удержалась от смеха.

— Ваше высочество, — сказал он, — я уже предвкушаю, как вы спалите нашу академию.

Я сжала кулон, чувствуя, что, несмотря на весь этот хаос, я наконец-то на своём пути.

Я открыла глаза с таким чувством, будто кто-то вылил на меня ведро ледяной воды, а потом треснул магическим посохом по голове. Покои замка Мерцающих Облаков пахли розами, лавандой и чем-то приторно-сладким. Я лежала на кровати, окружённая магическими рунами, которые слабо светились, как звёзды в полдень.

Рядом было моё тело. Настоящее. Золотые локоны, которые мама любила заплетать, бледная кожа, тонкие пальцы, сложенные на груди, как у какой-то спящей принцессы из сказки. Только я не чувствовала себя принцессой. Я чувствовала себя… чужой.

Рейн стоял рядом, его голубые глаза следили за мной с такой тревогой, что мне захотелось подколоть его, чтобы он перестал выглядеть как потерянный щенок.

Кайрен, как всегда, болтался у двери, жонглируя магическими искрами, будто это не ритуал жизни и смерти, а цирковое представление. Император, с его угольной аурой, наблюдал за магами-портальщиками, которые что-то бормотали, водя посохами над моим телом. Леон сидел в углу, грызя яблоко и ухмыляясь, будто знал, что я сейчас выдам что-нибудь эпичное.