Книга Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки, страница 71 – Вернэлия Хайд

— Селеста, — прорычала я, вставая, моё сердце билось так, будто хотело разорваться.

Рейн вскочил, его рука сжала мою, и его глаза сверкали, как молнии. Мы повернулись к окнам, где тени сгустились, как чернила. Фигуры в чёрных плащах появились в дверях, их оружие поблёскивало, а за ними стояла Селеста, её рыжие волосы выделялись, как пламя в темноте. Её глаза горели ненавистью, ия почувствовала, как страх и гнев борются внутри меня.

— Ты не устала проигрывать? — крикнула я, мой голос дрожал, но я не собиралась отступать.

Селеста рассмеялась, её голос был как звон разбитого стекла, и она шагнула вперёд, её аура была как ядовитый дым.

— Это только начало, пироманка, — сказала она. — Велар уже близко.

Я сжала кулаки, чувствуя, как огонь рвётся наружу. Рейн стоял рядом, его рука была как щит, и я знала, что мы справимся — ради наших малышей, ради нашей любви.

Тени в зале сгустились, как чернила, разлитые по воде, и воздух стал тяжёлым, как перед грозой. Я стояла рядом с Рейном, чувствуя, как его рука сжимает мою, а двойняшки шевелятся, их тепло было как отчаянный крик, призывающий меня сражаться. Селеста стояла в дверях, её рыжие волосы горели, как факел, а глаза сверкали такой злобой, что я почувствовала, как холод пробирает до костей. За ней стояли фигуры в чёрных плащах — люди Велара, их оружие поблёскивало в свете факелов, как клыки хищника. Их было больше, чем в лесу, и от них веяло угрозой, которая сжимала моё сердце, как тиски. Я стиснула зубы, чувствуя, как гнев и страх борются внутри, но любовь к Рейну и нашим малышам была сильнее, как огонь, который невозможно потушить.

— Ты не устала проигрывать? — крикнула я, мой голос дрожал от ярости, но я заставила себя стоять прямо, несмотря на страх, который грыз меня изнутри. — Уходи, Селеста, или я превращу тебя в пепел!

Её смех был как звон разбитого стекла, резкий и холодный, и она шагнула вперёд, её аура была как ядовитый дым, искажающий воздух.

— Ты думаешь, это конец? — сказала она, её голос был полон презрения. — Велар хочет твоих детей, Аделин. Их сила принадлежит ему, и он получит её, даже если мне придётся разорвать тебя на куски.

Я почувствовала, как кровь застыла в венах, но гнев вспыхнул, как пожар, заглушая страх. Мои малыши. Они хотели моих малышей. Я сжала кулаки, ногти впились в ладони, и я шагнула вперёд, но Рейн удержал меня, его рука была как стальной заслон.

— Никто не тронет мою семью, — сказал он, его голос был холодным, как лёд, но в нём была такая сила, что даже Селеста замялась на миг. Его глаза горели, как молнии, и я чувствовала, как его аура окутывает меня, как щит.

Мишель и Дариан уже стояли у входа, их движения были быстрыми, слаженными, как у воинов, которые сражались вместе всю жизнь. Мишель швырнула вихрь, который сбил одного из шпионов с ног, его тело рухнуло с глухим стуком, но другие продолжали наступать. Дариан бросился вперёд, его меч сверкнул, сталкиваясь с клинком другого, искры полетели, как звёзды в ночи. Его лицо было напряжённым, но он крикнул, не теряя своей дерзости:

— Эй, Селеста, если хотела драки, могла бы просто вызвать меня на дуэль!

Катрин и Кайрен стояли спина к спине,их руки двигались, как в танце, но их лица были бледными от напряжения. Катрин подняла руки, и звёзды над залом вспыхнули, освещая врагов, их лица были искажены ненавистью. Кайрен добавил свой свет, и тени рассеялись, но шпионы продолжали наступать, их оружие сверкало, как смерть. Я чувствовала, как огонь внутри меня рвётся наружу, и не сдерживала его. Я швырнула огненный шар в одного из шпионов, и он закричал, его плащ вспыхнул, как факел. Но их было слишком много, и я чувствовала, как страх сжимает горло.