Книга Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки, страница 91 – Вернэлия Хайд

— Я устала от этого! — выпалила я, вставая со скамьи, игнорируя лёгкую боль в спине. — Мне не нужна очередная подушка или чашка чая! Я просто хочу немного покоя!

Все замерли, их лица были смесью удивления и беспокойства. Мама открыла рот, чтобы что-то сказать, но я уже развернулась и пошла прочь, чувствуя, как гнев и усталость кипят внутри. Рейн крикнул мне вслед, но я не остановилась. Мне нужно было воздух, пространство, тишина. Я вышла за ворота крепости, направляясь к небольшому лесу у подножия гор, где часто гуляла, когда хотела побыть одна. Тропинка была знакомой, покрытой мягким мхом, и запах хвои успокаивал, но моё сердце всё ещё колотилось от раздражения.

Я не заметила, как тени сгустились вокруг. Воздух стал холоднее, и кулон на моей шее внезапно нагрелся, обжигая кожу. Я замерла, чувствуя, как страх сжимает горло. Мои малыши шевельнулись, их тепло было как крик, и я поняла, что что-то не так. Прежде чем я успела повернуться, тёмная фигура выступила из-за деревьев. Велар. Его глаза горели, как угли, а улыбка была холодной, как лёд. За ним стояла Селеста, её рыжие волосы развевались, как пламя, а глаза сверкали ненавистью.

— Аделин, — сказал Велар, его голос был как яд, пропитавший воздух. — Ты сделала ошибку, уйдя одна.

Я попыталась отступить, но тени вокруг меня сгустились, как чёрные цепи, обвивая мои руки и ноги. Кулон вспыхнул, его магия попыталась защитить меня, но магия Велара была сильнее. Я закричала, но звук заглушил холодный ветер, и тьма сомкнулась надо мной, как пасть зверя. Мои малыши шевельнулись, их тепло было как отчаянный крик, но я не могла сопротивляться. Последнее, что я увидела, были глаза Велара, полные триумфа, прежде чем всё погрузилось во тьму.

Тьма окружала меня, как густой туман, пропитанный холодом и ядом. Я чувствовала, как магия Велара сжимает моё тело, словно невидимые цепи, а его глаза, горящие, как угли, смотрели на меня с триумфом. Селеста стояла рядом, её рыжие волосы развевались, как пламя, а улыбка была острой, как лезвие. Кулон на моей шее пылал, его тепло обжигало кожу, но я не могла дотянуться до него — тени Велара держали мои руки, как тиски. Мой разум кричал от страха, но я стиснула зубы, отказываясь показать слабость. Мои малыши — мои близнецы — шевельнулись, их тепло было как отчаянный крик, и я знала, что должна бороться ради них.

— Отдай кулон, Аделин, — сказал Велар, его голос был холодным, как лёд, но в нём была жадность, которая заставила меня содрогнуться. — Он принадлежит мне, и ты не сможешь его защитить.

Он протянул руку, его пальцы, окружённые тёмной магией, потянулись к моей шее. Я попыталась отшатнуться, но тени держали меня крепко, и боль в плече, давно забытая, вспыхнула с новой силой. Я чувствовала, как силы покидают меня, но мои близнецы снова шевельнулись, их тепло стало сильнее, почти невыносимым, как будто они кричали: «Мама, держись!»

И вдруг, неожиданно даже для меня, мощная волна магии вырвалась из моего живота, как взрыв света. Она была яркой, как солнце, и дикой, как буря. Велар отшатнулся, его глаза расширились от шока, а тени, державшие меня, рассеялись, как дым. Селеста закричала, её магия попыталась ответить, но волна света отбросила её назад, заставив рухнуть на землю. Я упала на колени, тяжело дыша, мои руки инстинктивно легли на живот. Это были они — мои близнецы. Их магия, ещё не рождённая, защитила меня, как щит, сотканный из чистой силы драконов.