Книга Макс Охотник. Книга 1, страница 127 – Виталий Конторщиков

-- Тоша давай!

Сладкая парочка у креста продолжала веселится, рога завалился на землю в приступе безудержной радости, лепила, тоже улыбался. Их очень вдохновляла торчащая из моего глаза стрела, ну смейтесь, смейтесь.

Нарастающий шум со стороны Леса повлиял на Опарыша отрезвляюще, Док тоже закрутил головой, но было уже поздно, судя по их расширенным глазам они заприметили Тошу, удар примата в тыловую часть креста, был воистину всесокрушающим. С громким хрустом изобретение Римских прокуроров оторвалось от основания, и подстёгнутое моим «рывком», воспарило над землёй, зависнув в верхней точке, как-то нехотя, устремилоськ поверхности.

По какому-то невероятному стечению обстоятельств мой крест падал прям на застывшего с открытым ртом Опарыша, торчащая из глаза стрела попала ровно в открытый в крике рот роги, пробив мой мозг, она упёрлась в череп, затухающее сознание зафиксировало, как оперенье исчезает, прокалывая голову бандита, вот не прёт Опарышу, что ты будешь делать.

02. 01. Вы воскресли, рекомендуется не покидать точку возрождения до приведения состояния организма в норму.

Рядышком скалились довольные мордашки моих друзей, план был незатейлив, но требовал чёткой последовательности действий. Пока Какоша отвлекала банду, прыгая по веткам, на максимальном для захвата её сознания расстоянии, Тоша подкрался со стороны леса и разбежавшись ударил в прыжке по крестовине позади моей туши, обоим было чётко указано, как только произойдёт столкновение, сразу принять яд, мои Приматы оказались на высоте, молодцы, надо как- нибудь их отблагодарить.

А Село расцветало и благоухало всевозможными ароматами, всё те же вездесущие детишки, тыкали в нас пальцами и задорно веселились, хорошо хоть котяхи не кидали. Вдалеке показался бегущий по улице Буян. Пожав краба запыхавшемуся десятнику, я рассказал ему, что привело нас к очередному воскрешению, выслушав, помчался за дружиной Князя, маркер логова он от меня тоже получил.

А вот и моё фсёё мчится, щас меня будут учить жить, кинув мне в руки портки с рубахой и, не сводя с меня взгляда, она замерла в ожидании. Быстро одевшись и схватив возникшие рядом клинки, мы, колонной по одному, гуськом направились домой. Во дворе опершись на изгородь загона, что-то глубокомысленно изучала Бояна, изредка, поворачивая голову к Норме.

В вагончике неизвестно что пожирали мои свинки, тот что, «Партен» уже сейчас был крупней собрата, да и жрал он в три горла.

-- Максим расскажи мне, пожалуйста, кто это, я уже скормила им килограмм по пять всякой всячины, а им всё мало, представляешь, они даже палку съели и растут прямо на глазах.

-- Это Бояна, несомненно гениальное творение Графа Блюмкина, вот этот Свин что поменьше, выращивается на еду, а вот второй, может в корне изменить весь подход к разведению свинарей, и от перспектив кружится голова.

-- Не знаю насчёт перспектив, но для его роста, требуется волшебная благодать, он сейчас её активно отжирает отовсюду.

Так, понятно, значит для его роста и вынашивания потомства требуется манна, а здесь её не мерено, кристалл, плюс, столп силы, да только успевай кормить и приплод расселять.

-- Понимаешь Бояна он «Партен» а это значит, что ему не нужен партнёр для зачатия приплода.

Бояна молча ловила ртом воздух, потом сбегала направо, вернулась, покрутила головой, встряхнулась.