Книга Макс Охотник. Книга 3, страница 48 – Виталий Конторщиков

— А как же Макс, и ещё всякого-разного, меня так просто не возьмёшь, твоя наука, я самый прокаченный в клане товарищ на предмет ментального сопротивления, так что всё будет чики-пуки.

Чики-пуки у него. Сиди, не сиди, а начинать надо, хотел «горячую штучку» оставить наверху, во избежание стрелы в спину, но потом передумал, нам может понадобиться каждый боец. Отправив, как полагается Сяву вперёд, начали спуск. Наш разведчик, достигнув дна, передал, что ощущения ниже среднего, зовут его со страшной силой, но, когда есть понимание морока, сопротивляется можно.

— Больше всего я волновался за наших приматов, правда, все меня заверили, что понимают, о чём речь, но всё же, всё же. Спустившись следом, за уже исчезнувшим в проходе рогой, прислушался к ощущениям, да уж, никто меня никуда не звал, так, звон в ушах и лёгкая головная боль, собравшись снизу дружно решили, мол, тяга бежать вперёд есть, но всё не критично. Осталось дождаться наших разведчиков. Норма вообще, похоже, не понимала, что нас тут так беспокоит, у неё своя тема — кристаллы и пожрать. Ага, вот и Сява вышел на связь.

— Макс, ничего не понимаю, тут нет ничего, вообще, помещение здоровое, чистое и пустое, и круглое, ни врагов, ни ловушек ничего, даже Ратибора нет, только цветные полоски на стене.

— Щас придём, ты теперь замри и ничего не трогай.

Пока шли, я понял, что там за полоски, цветные, простейший тест на разумность, защита от дурака, вот только что дальше? Действительно, что? Мы дошли до очередного пустого круглого помещения, где по центру замер Сява и ничего не трогает, но что-то здесь было, вон, аж волосы на голове поднимаютсякак наэлектризованные, а какая лёгкость в теле.

Оглядев свою команду, пришёл к выводу, не я один прочувствовал местную благодать, у девушек лица сияли как после… Сияли одним словом, Бульбаш с несвойственной себе улыбкой, как блаженный с открытым ртом вылупился в потолок. Сява, с ним всё просто, ведь сейчас он изображал реплику знаменитой статуи Христа на горе Корковаду, та, что в Рио-де-Жанейро славном городе мечте одного знатного литературного авантюриста.

Но круче всего торкнуло наш животный мир, обезьянки в своей малой форме устроили целое цирковое представление, их плющило и таращило не по-детски, прыжки под потолок, сальто, безумные забеги, имитация борьбы, и всё это под визги и громкое агуканье. Норма же превратилась в обожравшегося сметаны весеннего кота, притом запивал он её валерьянкой. Упав на спинку и сложив лапки, мило урча, она перекатывалась по каменному полу, словно это зелёный луг, покрытый мятой.

Мне захотелось убедиться в своём предположении о сакральности этого места, и я торопливо обратился к эксперту.

— Норма, это же место силы? — Эта крыса по началу меня просто игнорировала, но всё же нашла в себе силы ответить.

— Мааакккссс, каккой ты всёёё жже, неее прооостооо месстоо сиилы, туут открытыыыййй выхход Аскааанииумааа, цеелыйй поооток, а неее фооон, от стооолппооов. Доолгоо неельзя, инначе…

Так, понятно, по типу наркотика, ща посмотрим магическим зрением что здесь и как. Аааа, ооо, идиот, посмотрел, в глаза словно горячим золотым песком плеснули, ну нафига же, надо срочно валить. Немного проморгавшись, походкой ростамана, я направился к цветным полосочкам.