Книга Бумеранг с автопилотом, страница 74 – Дарья Донцова

Коробков потер затылок.

– Я служил там, где передо мной открывались все двери, окна, форточки и даже мышиные норы. Потом Иван меня к себе затащил. Ни на секунду не пожалел, что согласился. Мне в «особых бригадах» очень нравится, у нас с Ваней многолетняя дружба. Кроме того, я привел на службу Таню и, можно сказать, устроил личное счастье начальника. После того, как стал работать на новом месте, лишился доступа в некоторые темные углы и закоулки, но у меня остались там друзья. Так вот. Я вчера встряхнул все связи и получил нужную информацию, обрел, так сказать, ключи от замков, не поспал ночь и готов доложить, что раскопал. Но предлагаю сделать это в присутствии Софьи. Она наш клиент, информация – для нее.

– Хорошо, – согласилась я. – Егор пригласит Николаеву. Но пока она соберется и приедет, пройдет время. Введи нас в курс дела.

Коробков молча кивнул и неожиданно поинтересовался:

– Вас ничего не удивило в уже собранной информации? Не насторожило?

– Все немного странно, – призналась я. – Вроде много чего откопали, но не получилось картинку собрать. Такое ощущение, что пытаемся сшить одеяло из лоскутов. Маргарита Николаевна Митина сняла дом у Чикуновой Елизаветы Олеговны и не отказалась поговорить о съемке, в которой участвовала. Мы мирно беседовали, потом у женщины звякнул телефон. Через пару мгновений, после очень краткого разговора с кем-то, она ушла. Я решила, что ей понадобилось в туалет, но актриса исчезла. И почти сразу появилась Чикунова. Далее неожиданность: владелица коттеджа – не Маргарита, а Елизавета.

Коробков посмотрел на меня.

– Похоже, Митина талантлива, может перевоплотиться в другую личность, изобразить кого угодно. Возраст ее навскидку определить оказалось трудно даже тебе.

Я кивнула.

– Да. Взгляд у нее быстрый, живой. Речь четкая, не мямлит, говорит правильно, красиво. Спина без признаков сутулости, талия тонкая, что редкость для пожилой женщины.

– Хорошо, – кивнул Коробков. – Есть у меня версия. Она сформировалась после изучения ряда документов и моих личных размышлений, но я не вижу мотива. Что в результате получит тот, кто поставил этот масштабный спектакль?.. Давайте вспомним, с чего началось расследование, почему мы взялись за дело.

– К нам пришла Софья, сообщила, что пропал Владислав Юрьевич Пшенов, управляющий имением, близкий друг Зотова, владельца дома и участка, – проговорила я.

Коробков кивнул.

– В советские времена жил-был Михаил Заикин, член Союза художников. Обитал он в скромной избушке-развалюшке в Богом забытом подмосковном селе. Местные бабушки каждый день возносили молитвы за здравие любимого Мишеньки. Про старух давно забыла родня, а кое у кого близких совсем не было. Михаил взял никому не нужных бабулечек под свое крыло, по утрам приносил им воду из колодца, весной нанимал парней, которые вскапывали огороды. Раз в две недели дарил божьим одуванчикам продуктовые наборы: крупы, масло, муку – короче, все самое необходимое. Но не забывал и про коробку зефира или конфет, баловал старушек. Осенью все пожилые жительницы щеголяли в хороших сапогах, зимой надевали обувь на меху и дубленки, а летом – платья. Если кому-то становилось плохо, то Мишеньку могли ночью разбудить, у него был городской телефон. «Скорая» прилетала на раз-два, Заикин сопровождал недужную в клинику, шептался с докторами, и после его отъезда за пациенткой ухаживали, как за королевой. К Михаилу постоянно приезжали разные люди, сам он каждый день ездил в Москву. Раз в год, осенью, Заикин устраивал выставку своих картин, их на удивление быстро покупали коллекционеры, поэтому вопроса, откуда у мужчины деньги, не возникало. И никто из окружающих не знал, что живописец, добрый и интеллигентный человек, не имеющий ни жены, ни детей, – один из генералов преступного мира, смотрящий[7]. Его уважали как уголовники, так и полицейские. По прежним правилам, криминальный авторитет не должен быть женат, но про любовниц ничего не говорилось. Михаил был симпатичен, хорошо воспитан, очень любил театр и кино и пользовался успехом у слабого пола.