Книга Красота требует средств, страница 53 – Галина Балычева

Ленка стала припоминать, какой адрес она назвала диспетчерам, но не успела припомнить, потому что в этот момент зазвонил ее мобильный телефон и оттуда донесся чей-то разъяренный голос.

Чей это был голос — диспетчера такси или диспетчера техпомощи, — мы сначала не поняли. Но кричал он так громко, что весь телефонный разговор, если это можно было назвать разговором, мы слышали отчетливо.

Мужчина кричал, что это безобразие вызывать машину аварийной техпомощи (значит, это все-таки была техпомощь!), а самим при этом уезжать, не дождавшись машины, и что его фирма стребует с Ленки штраф за ложный вызов и еще какой-то штраф, уж не знаю за что, наверно, за моральный ущерб.

В общем он долго еще так разорялся, пока Ленке не удалось его перебить и спросить невинным голосом, а по какому, собственно, адресу они отправили машину?

— Ах, в Шантийи, — пропела она в трубку. — Ну что вы! Вы меня неправильно поняли. Мы находимся не в Шантийи, а в Шатиньи. Вы все перепутали. А мы ждем-ждем и удивляемся, почему это так долго нет машины? А оказывается, вы просто перепутали адрес.

После этого в телефоне повисла непродолжительная пауза, после которой диспетчер извинился и сказал, что высылает к нам другую машину, потому что та, первая, смогла бы к нам доехать не раньше чем через два часа, а это слишком долго ждать.

— Да уж, поторопитесь, пожалуйста, — пропела в трубку Ленка. — А то мы и так ужеполтора часа ждем.

Диспетчер еще раз извинился и сказал, что через полчаса машина будет возле нас.

Только Ленка захлопнула крышку мобильника, как телефон зазвонил снова. На сей раз это был диспетчер такси, и весь разговор повторился сначала. Оказывается, и таксисту Ленка тоже дала неправильный адрес, перепутав Шантийи с Шатиньи.

Короче, только где-то через час мы все-таки дождались прибытия эвакуатора и, сдав Ленкин многострадальный «Пежо» с рук на руки добрым молодцам из сервисной службы, уселись в подъехавшее к этому времени такси и отправились наконец в резиденцию Мориса Кюнде.

И все было бы хорошо и скоро бы мы были на месте, если бы в самый последний момент, когда мы уже почти подъезжали к замку, Эдька не вспомнил, что все карнавальные костюмы мы оставили в багажнике Ленкиного «Пежо».

— О черт!!! — выругалась Ленка. — Да что же это за день такой? То одно, то другое. А ты не мог раньше об этом вспомнить?!

Ругая Эдьку на чем свет стоит, как будто именно он был виноват во всем, Ленка велела таксисту разворачиваться и ехать обратно в Париж в автосервис за нашими шмотками.

Короче, в замок Кюнде мы прибыли только к вечеру, то есть намного позже самого Пьера. Хотя предполагалось, что все будет на оборот.

Пьер был, естественно, уже в курсе всех наших событий с тормозами — Ленка сообщила ему об этом по телефону — и с нетерпением поджидал нас возле въездных ворот на главной аллее парка.

Как только мы подъехали, он тут же бросился к нашей машине.

— Ну слава богу! — воскликнул он. — Если бы вы только знали, как я тут из-за вас переволновался. Это ужасно! Как такое могло случиться? Лучше бы я был вместе с вами в той проклятой машине!

Он кинулся обнимать и целовать жену. А я подумала, что если бы он действительно хотел оказаться с нами в «той проклятой машине», то не остался бы караулить свой сломавшийся «Мерседес», а поехал бы на Ленкином «Пежо». Тем более что «Мерседес» в ремонт могли забрать и без него. В доме же оставался Марсель.