Книга Брачный сезон, страница 79 – Галина Балычева

— Пойдемте, поищем кафе, — предложила я.

— А зачем кафе? Давайте перекусим на лавочке. — Фира потянул меня в сторону тенистого сквера, окружающего музей.

— Акусать что будем? — осведомился Димка. — Продукты ведь в машине остались.

— Пирожки и кофе вас устроят?

— Более чем. А откуда у тебя?

Фира хитро прищурился:

— Из машины сумочку прихватил.

— Ай, старик, ай молодца, — похвалил Димка. — Может, мы действительно не зря тебя с собой взяли? А, Марьяша, как думаешь?

Я согласно кивнула. Фира выдал нам по пластиковому стаканчику и налил из термоса кофе, а пирожки мы уж сами стали таскать из пакета.

— У меня — с грибами, — объявил Димка.

— А у меня — с повидлом.

— А у меня — с яйцами и зеленым луком, — отрапортовал Фира, откусив кусок пирога и блаженно щурясь.

В одиннадцать часов музей открылся, и мы были первыми его посетителями.

Для начала мы решили осмотреться, пока никого ни о чем не расспрашивая. Но не тут-то было.

Поскольку, кроме нас и дежурных бабушек, никого в музее не наблюдалось, к нам очень скоро прицепилась шустрая молоденькая экскурсоводша. Судя по всему, она очень любила свою работу и свой город и готова была трудиться, даже если ее об этом никто и не просил. Девушка стала таскать нас из зала в зал, рассказывая об истории края. Мы слушали внимательно, кивали, но, поскольку нас интересовали несколько другие события, то мало-помалу постарались свернуть ее к периоду, предшествовавшему незабвенной Великой Октябрьской социалистической революции. Мы стали расспрашивать девушку об известных дворянских фамилиях, чьи поместья когда-то располагались в губернии. Сохранились ли они, в смысле поместья? Можно ли их осмотреть? Лена — так звали девушку — пустилась в подробное повествование о дворянских семьях, живших до революции в самом Каменске. Все это было очень интересно, но время шло, а толку не было, и мы начали нервничать. Тогда Фира по-стариковски весьма беспардонно спросил:

— А как теперь называется Волохонский уезд?

— Волоховский уезд? — удивилась Леночка. — Да ведь уездов теперь нет, есть районные центры. А Волоховский уезд... Погодите, сейчас я посмотрю...

Леночка куда-то убежала, а мы стали совещаться, как бы нам поскорее все узнать и вырваться из цепких ручек любезной экскурсоводши.

— Вот! — Леночка притащила толстую папку с веревочными тесемками. — Здесь все про изменения названий.

— Прямо все-все? — зачем-то спросил Фира.

— Да, вот смотрите, — Леночкапринялась листать страницы, — Бабыкино, Бараново, Бурцево, Волохов... — Мы склонились над папкой.

— Волохов — уездный город, переименован в 1921 году в город Октябрьский, — прочитала я. — Леночка, а не знаете ли, как теперь называется деревня Воронцовка, расположенная в этом самом Октябрьском районе?

Леночка подумала немного, полистала бумаги в принесенной ею папке, но потом ответила, что такую информацию могут дать только в Октябрьском краеведческом музее.

— Кстати, там поблизости есть очень интересное место... — опять завелась экскурсоводша.

— Да мы, знаете ли, сюда в командировку приехали, — снова выручил нас Фира.

Если бы не он, добросовестная Леночка завела бы свою бодягу еще на час.

— Геологи мы. — Фира для солидности выпятил цыплячью грудь и отставил в сторону ножку. — Направляемся в Октябрьский уезд, то есть район, а к вам зашли для культурного развития. Спасибо, милая девушка, за рассказ, было очень интересно и познавательно. Так как нам сподручнее добраться до Октябрьского?