Книга Яйца раздора, страница 81 – Галина Балычева

Мы с теткой Мартой покатывались со смеху. Самое смешное, что Фира, мечущийся в эпицентре действия шланга, до сих пор оставался совершенно сухим в отличие от боцмана и не ко времени подоспевшего соседа, Прокофия Ивановича. Это он, очевидно, нечаянно наступил на шланг и временно перекрыл доступ воды. Теперь же ботаник тоже оказался в зоне водяных действий и метался от шланга вместе с боцманом. Они дружно ругались на Фиру, а тот изо всех сил старался пойматьокаянный шланг, но у него по-прежнему ничего не получалось.

— Господи, — наконец-то хоть как-то отреагировала на происходящее Лялька, — ну неужели из троих мужиков ни один не догадается выключить воду?

Как бы услышав ее слова, Прокофий Иванович метнулся в сторону крана. Но рано мы о нем так хорошо подумали. Вовсе он не кран побежал перекрывать, а просто обиделся за холодный, а точнее, мокрый, прием и, спешно покинув двор тетки Марты, удалился на свою территорию. И в общем-то его понять можно. Вчера ему здесь фингал поставили, сегодня только вошел, ничего еще не сделал, а его уже с ног до головы обмочили. Действительно безобразие.

Я вышла на крыльцо и, облокотившись о перила, решила немного поразвлечься. Поскольку настроение из-за проблем с фигурой было дрянским, нужно было хоть как-то его поднять.

А ситуация во дворе между тем приняла уже совершенно другой оборот. Боцману удалось наконец ухватить бешеный шланг за хобот, и теперь он гонялся по всему двору, нещадно поливая водой бедного Фиру. Щегольские кудри, которые Фира носил вокруг своей лысины, свисали теперь мокрыми патлами, не лучше выглядели и усы. И вообще весь старик как-то уменьшился в размерах.

Это безобразие пора было прекращать. Я быстро сбежала с крыльца и, подойдя к забору, возле которого проходила водопроводная труба, перекрыла воду.

— Хватит уже глупостями заниматься, — сказала я. — Неровен час простудитесь. Не лето все-таки.

Впрочем, по нашим московским представлениям день был очень даже по-летнему теплым и солнечным. Я стояла на улице в джинсах и футболке, и мне было не только не холодно, а очень даже тепло. Вот что значит другой климатический пояс. Весна ранняя, осень поздняя, а лето жаркое. Не то что у нас: весна поздняя, осень ранняя, а пол-лета проливные дожди. Я уже не говорю про зиму, когда от снежной каши на дорогах расползаются ботинки и автопокрышки.

Ну не будем о грустном. В конце концов у нас с Лялькой на сегодняшний день есть более серьезные проблемы. А именно, как бы не вышло так, что к нашему отъезду наши джинсы вообще перестанут застегиваться.

Я дала себе слово не притрагиваться за завтраком ни к чему, кроме творога и кофе, и полная решимости начать день правильно вошла в дом и уселась за стол. Там уже сидела недовольная Лялька и обреченно глядела наблюдо с очередными варениками.

— Я вареники не буду, — бодро заявила я. — Я сегодня на диете. Только творог и кофе.

Тетка Марта охнула и побежала в кухню за творогом. Она притащила большую миску творога, горшочек твердой, как масло, сметаны и большую тарелку с горячими блестящими от масла пышками.

— Ну творог-то с чем-то ж надо есть, — оправдывалась она на мой негодующий взгляд. — А это вовсе и не вареники никакие, а кныдли.

— Что? — заинтересовалась Лялька. — Какие еще кныдли?