Онлайн книга «Кукушонок из семьи дровосеков»
|
Рина захихикала. – Продавщице следовало сказать, что она предлагает прибор для завивки волос!.. Так, сейчас приступим. – К чему? – насторожилась я. – Щипцы горячие, – начала объяснять Рина, – а пряди тебе приклеили какой-то штукой, которая от тепла размокает, потом от холода твердеет. Сейчас с помощью электроприбора разогрею крепление на одной пряди, потом сдерну ее. И с остальными так же поступлю! – Отличная идея! – обрадовалась я. – Пошли в гостиную, там удобный диван. Положишь голову на подлокотник, свесишь ее. Волосы от макушки вниз направятся, поэтому когда я в середину пучка электроприбор воткну, твою кожу не затрону. Дома сейчас ни единой души нет. Ваня уехал, Надя на рынок подалась. В квартире только мы с тобой, бульдожки и кот. Но Альберт Кузьмич, Мози и Роки не болтливы. Все проделаем, никто не узнает, что с тобой приключилось. Мы переместились в комнату, я приняла нужную позу на софе. Рина опять воткнула штепсель в розетку – пока мы перемещались, щипцы слегка остыли. Кабачки – так мы зовем французских бульдогов – легли на ковер. Британский кот Альберт Кузьмич сел на журнальный столик и начал обнюхивать мои волосы, издавая странные звуки. – Отлично, – потерла руки Ирина Леонидовна. – Не шевелись, не бойся. Ты так лежишь, что не задену кожу головы, прямо в серединку колтуна щипцы воткну. Раз! Больно? – Нет! – обрадовалась я. – Никаких отрицательных ощущений. – Сейчас выну, не пугайся, – предупредила через пару минут мама мужа. – Подожди, – остановила я ее, – поверти щипцами, чтобы все как следует расплавилось. – Отличная идея, – согласилась Ирина Леонидовна. У меня тем временем начал ныть затылок – валик оказался жестким. Но я лежала смирно. – Вытаскиваю! Раз, два, три! – скомандовала Рина. Вдруг моя голова дернулась назад, стала очень тяжелой, и вмиг заломило шею. – Альберт Кузьмич! – возмутилась Ирина Леонидовна. – Куда тебя понесло? – Мяу! – заорал кот. – Мяу! Похоже, британец чего-то испугался. – Тань! Тань! Ты как? – занервничала мама мужа. – Такое ощущение, что на макушку положили чугунную гирю, – призналась я. – Ты выключила щипцы? – Ага, – промычала свекровь. – Вот зараза! Танюша, сейчас посажу тебя. Можешь затылок руками поддержать? – Твой? – Свой. Нельзя чтоб башка назад резко ушла. – Постоянно в зале шею качаю, – улыбнулась я и начала садиться. Но не успела я приподнять голову, как та резко устремилась назад. Я ойкнула. – Держи затылок лапами, – приказала Рина. – Что случилось? – занервничала я. – Проснулась, спокойно пошла в ванную, никаких проблем не было, а сейчас головушка словно из чугуна сделана. – Помогу тебе, – протараторила Рина. Нашими с ней общими усилиями я сумела принять нужную позу, выдохнула и поняла, что шея не держит голову, которая неожиданно стала ну очень тяжелой. А под пальцами и ладонями, которыми поддерживаю затылочную часть, ощущается нечто странное. Вроде это палки, покрытые мехом, две висят неподвижно, третья шевелится. – Надо позвонить, – скороговоркой произнесла Ирина Леонидовна и умчалась. Я, пытаясь удержать одной рукой голову, взяла второй свой телефон, включила фронтальную камеру и онемела. На экране появилось мое изображение. И все бы хорошо, но в моем образе были некие странные детали. На моей макушке лежали морда и верхняя часть тела кота Альберта Кузьмича. Я выдохнула. С моими головой и шеей порядок, ощущение, что на макушке парочка «блинов» из фитнес-зала, возникло из-за любви нашего кота изображать из себя корону. Если кто-то из членов семьи ложится на диван, то вмиг приходит Альберт Кузьмич и устраивается у человека на макушке. Британец крупный, шерсти у него на трех собак, спихнуть котика почти невозможно. Но если умудрились его прогнать, то британец не обидчив, он вернется опять и взгромоздится на вас. |