Онлайн книга «Призраки Дарвина»
|
Ну вообще-то, ей было весело. Почти год моя возлюбленная была прикована — как бенгальский тигр, подумал я с сожалением — ко мне и посетителю, скрытому во мне, что не давало ей жить нормальной жизнью и вести свои исследования в области биохимии. Длительный отпуск, передышка от зверств, обнаженных трупов и непокорного лица на фото пойдет ей на пользу. И мне тоже. Это напомнило мне, какой могла бы быть жизнь, если бы мы сбили с толку призрака и отправили его в небытие. В электронных письмах, телефонных звонках и даже факсах, которые Кэм присылала время от времени, она восхищалась кафе и улицами Парижа. Я не завидовал ни прогулке по Монмартру, ни сэндвичу аи jambon, который она съела в саду Музея Родена: «Так много мест, Фиц, которыми я наслаждаюсь, потому что теперь могу представить, как они будут выглядеть, когда ты сможешь присоединиться ко мне». Как упрекнуть того, кто говорит тебе: «Я чувствую себя штурманом, составляющим карту территории, чтобы мой возлюбленный в один прекрасный день смог благополучно сюда приплыть. Ты со мной, мой милый, каждую минуту. Я услаждаю свое зрение, слух и вкусовые рецепторы для тебя. Я вдыхаю аромат свежеиспеченных багетов по утрам для тебя и по вечерам жадно глотаю сочный boeuf bourguignonдля тебя, чтобы ты тоже смог полакомиться, когда я вернусь, окунувшись в мои воспоминания». Так что я позволил ей жить на полную катушку, наслаждаться жизнью, которой она жертвовала в течение последнего года ради меня, меня одного. И все же, несмотря на эти альтруистические настроения, должен признать, что обрадовался известию о скорой поездке в Бонн и проявлял нетерпение, пока Кэм не определилась с датой — за несколько дней до моего двадцать второго дня рождения. Вдобавок она пообещала мне удивительное открытие. Кэм позвонила мне днем одиннадцатого сентября 1989 года, в шесть вечера по немецкому времени. — Готов получить подарок на день рождения? — весело поинтересовалась она. В ее голосе явственно слышалось волнение. Она нашла его, она знает, кто он, черт возьми, она была права, она была права! — Ау! — Я готов, если ты готова, — осторожно ответил я. — Хочешь, чтобы я рассказала, что именно обнаружила, а затем уже — как мне это удалось, или ты предпочел бы… — Кэм, ради всего святого, не томи. Мы ошибались, она ошибалась, все из-за этого чертова Андре, сына владельца антикварной лавки. Он заблуждался относительно пленников 1889 года. Да, они существовали, Мэтр их украл, выжили только четверо, так оно и было. На этом месте Камилла замолчала, я практически слышал, как она сглатывает слюну, смачивая свое прекрасное горло. — Вот только твоего посетителя среди них не было. — Откуда ты знаешь? В архиве Гусинде в Бонне она нашла фотографию Мэтра и девяти плененных óна. Мэтр стоял в стороне, одетый в типичную европейскую одежду конца 1880-х годов, с бородой как у Поппера, с палкой, кнутом или указкой в руке, у его ног развалился белый терьер, а справа выстроились пленники. — Сотрудники института «Антропос» разрешили мне сделать ксерокопию, и я пришлю ее по факсу, когда мы договорим, Фиц. Там нет никого похожего на нашего посетителя. Четыре женщины, четверо детей в возрасте от года до двенадцати и один сгорбленный старик в крайнем левом углу. Все они одеты в шкуры и смотрят в камеры. Снято в Париже неизвестным фотографом, говорится в подписи. Гусинде отдельно уточняет, что два селькнама погибли во время путешествия в Европу. Так что это не может быть он, Фиц. Твой посетитель — кавескар, которого Гусинде назвал алакалуфом. |