Книга Рождество в Российской империи, страница 20 – Тимур Суворкин, Лев Брусилов, Александра Лавалье, и др.

– Спасибо, – поблагодарил главдива Аверин. – Алексей Витальевич, я понимаю ваш порыв, но это мой фамильяр, чем или кем бы он вам ни казался. И я бы хотел его сохранить. И закончить допрос. Ты можешь говорить, Аркадий?

– Конечно. У меня приклеились ноги, а не язык. Но неужели вы и правда так боитесь? У вас два дива намного сильнее меня.

Меньшов рассмеялся, даже закашлялся.

– Аркадий Аверин с телом дива седьмого уровня? Да что вообще может быть опаснее?

– Прошу, не вмешивайтесь. – Аверин поднял руку. – Аркадий, зачем ты его вызвал?

– Все просто, – улыбка исчезла с лица Аркадия, а взгляд стал колючим и острым, – его пустейшество за помощь в этом маленьком спектакле обещал поделиться со мной бесценной информацией. И сдержал свое слово, впрочем, как и обещание не причинять никому вреда. Но вам я ее не могу сказать, увы. Я заблокировал ее в одной из ячеек памяти, как только вы вошли в залу. Вы не сможете ее достать даже прямым приказом. А теперь я должен попрощаться. Мне пришлось потратить слишком много твоей крови на вызов. До встречи.

Черты лица поплыли, и Анонимус, а это был уже он, без сил опустился на пол. И начал растерянно оглядываться по сторонам.

Аверин бросился к нему, коснулся почти ледяной кожи и велел Владимиру:

– Разомкни алатырь.

Тот достал мел и быстро начертил по красному камню несколько жирных полос. Анонимус, шатаясь, поднялся.

– Что произошло? – медленно, заплетающимся языком проговорил он.

– Ничего, просто не рассчитали количество пилюль, – улыбнулся Аверин, роясь в непривычном одеянии в поисках стратегического запаса капсул с кровью. Найдя, он вытряхнул на ладонь сразу три и протянул фамильяру. Тот смахнул их мгновенно, и его бледная кожа сразу порозовела.

– Благодарю, ваше сиятельство. – Анонимус чопорно поклонился. В одеянии «сумасшедшего ученого» он выглядел жалко и нелепо – халат натянулся по плечам, хорошо еще не лопнул, штаны едва прикрывали лодыжки, и только благодаря тому, что их удерживали подтяжки, все еще находились на ногах у дива.

Аверин почувствовал, как сердце защемило.

– Анастасия, – попросил он, – ты можешь отвести Анонимуса в безопасное место, чтобы он мог отдохнуть?

– Да, конечно. А вы, граф, и вы, ректор, возвращайтесь к гостям. Нехорошо, если наше долгое отсутствие будет замечено. Мы с ее величеством скоро к вам присоединимся.

Она посмотрела на Анонимуса, и тот послушно двинулся за ней. Выглядел див предельно уставшим. А Аверин, глядя ему вслед, прошептал одними губами:

– Что же за чудовище ты сотворил, отец?

Сзади подошел Меньшов.

– Он правда ничего не помнит? – спросил ректор.

– Да. Эта… сущность обычно заперта в одной из ячеек памяти Анонимуса. И есть только один способ ее призвать. Но, к сожалению, рассказать об этом я не могу. Государственная тайна.

– Хм… Что же, нам стоит поспешить. Наше отсутствие может вызвать ненужные разговоры, особенно после того, что устроил наш гость.

Вернувшись в залу, Аверин первым делом подошел к окну и некоторое время смотрел на сверкающий «подарок». Зачем же приходил Александр? Что за информацию он выдал Аркадию? И каким образом связался с ним? Надо будет поговорить с Анонимусом, когда тот отдохнет. Вдруг див что-то помнит или догадывается? Но что-то подсказывало Аверину, что ответа он не получит. По крайней мере сейчас. И пройдя еще раз вдоль окна, он направился к столику. Тут же подошла Красная Королева. Но, приглядевшись, колдун понял, что это Софья. Дамы решили списать свое отсутствие на переодевание. Неплохо придумано. Белая Королева в центре залы уже приняла предложение на танец. Танцевал и «Дракула» с Дианой.