Книга Дела Тайной канцелярии, страница 209 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

– Да я и не смеюсь. Постой, так это все инсценировка была? А драка? Тоже?

– Нет, – вздохнула Ана, – драка как раз самая настоящая. Паула в панике допрашивала меня, хорошо ли я знаю Мануэля. Шутка ли – так легко побить боевого колдуна, пусть он и не применял никакого оружия. Пришлось соврать ей, что наш Мануэль – испанский морпех, и взять слово, что никому не расскажет. Ох… – девушка покачала головой, – если вся эта история вскроется, нас поколотят. И будут правы.

Мануэль вернулся, когда уже начало темнеть. Тихо подошел к костру, шлепнул на разделочную доску довольно крупную форель и проговорил, виновато улыбаясь:

– Надеюсь, вы примете этот скромный дар вместе с моими извинениями.

– Ты вел себя как придурок, – хмуро проговорила Ана. Остальные промолчали.

– Да ладно, солнце, я же извинился.

Он уселся рядом с Аной и попытался ее обнять.

– Фу-у, ты рыбой воняешь! – Девушка отстранилась.

Опять повисла тишина.

– Прекратите! – не выдержав, воскликнула Паула. – Не ссорьтесь! Это я во всем виновата.

– Ни в чем ты не виновата. – Хосе сердито зыркнул на Мануэля и повернулся к Пауле. Они сидели рядом, на плечи юной чародейки была накинута куртка Хосе.

Ана приложила палец к губам. О подоплеке истории было решено Хосе не говорить. Вряд ли ему будет приятно, что его так некрасиво разыграли.

– Я сейчас помою. – Мануэль встал и направился к умывальнику, сделанному из бутылки.

– Тсс, давайте не нагнетать, – негромко проговорил Афонсу, – дурацкий эпизод, но вроде же все разрешилось, да?

– Да! – радостно воскликнула Паула, и Хосе тоже улыбнулся. А когда Мануэль вернулся к костру, поднялся и протянул руку.

– Ладно, мир. И извини, что я тебе врезал. Но дай мне, пожалуйста, удочку утром. Посмотрим, что водится в этом озерце, да, Паула? – Он повернулся к девушке. Та радостно кивнула.

– Да хоть совсем забирай, – ответил Мануэль, и в его голосе слышалось явное облегчение. Он посмотрел на свой улов и добавил: – Сделайте с этой рыбиной что-нибудь вкусное. А я за гитарой.

До плато добрались только к шести вечера. Наверху, несмотря на еще высоко стоящее солнце, было довольно прохладно, дул резкий, пронизывающий ветер, и Афонсу остановился, чтобы надеть куртку. Впрочем, не он один. А когда отряд наконец собрался вместе, оказалось, что голыми плечами щеголяет только Мануэль. Но даже он, поставив велик на подножку, натянул свою роскошную куртку.

Устали участники похода весьма сильно. Поэтому, когда Ана вернулась с местным распорядителем и тот указал место под стоянку, сначала все просто повалились на коврики и достали сухари и шоколад: очень хотелось подкрепиться, прежде чем начать ставить лагерь.

Лагерей вокруг было много. Возле некоторых также стояли велосипеды, но в основном гости приехали на автомобилях и автобусах – хоть соревнования были заявлены как любительские, судя по снаряжению, на Серра-да-Эштрела собралось немало профессиональных альпинистов. Что же, наши путешественники и не планировали побеждать. Из их группы более-менее увлекались скалолазанием только Ана и еще пять человек. Но девушка учила Хосе и Афонсу в течение года, поэтому колдуны надеялись не ударить в грязь лицом.

– Кому размять ноги? – Мануэль, единственный, кто остался стоять, огляделся по сторонам.

– Мне, разумеется, – прожгла его взглядом Ана и, не дожидаясь ответа, принялась стягивать кроссовки.