Книга Тайны мертвого ректора. Дилогия, страница 224 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

– Будет исполнено, ваше высокоблагородие.

Див скрылся, а строгий профессор направился в соседний зал, вероятно предназначенный для преподавателей. Студенты, проводив его взглядом, снова скучковались возле стойки.

Вскоре Петрович появился вновь, с книгой, которую он почтительно держал двумя руками, и последовал за профессором. А вернувшись, принялся снова обслуживать студентов.

Кузе даже не нужно было принюхиваться, чтобы понять: явился хозяин Петровича, тот самый колдун, что так жестоко наказал своего дива за оплошность! От профессора веяло силой, и Кузя отметил, что студенты его однозначно побаиваются. А что, если он будет вести какие-нибудь лекции у Кузи? Такого обмануть совсем не просто. Кроме того, он вполне подходит на роль главного преступника. В нем чувствовалась сила, достаточная, чтобы надеяться удержать Инессу с помощью всех этих хитрых заклятий на ее талисмане подчинения. К тому же этот профессор – злой и жестокий человек. А именно такие как раз и совершают самые мерзкие преступления. Надо приглядывать за ним. И вообще – попросить у проректора Меньшова список всех сильных колдунов. И следить за ними тоже. Убийцы ведь умеют отлично маскироваться под порядочных людей!

Собственная идея так понравилась Кузе, что он даже заулыбался. Гермес Аркадьевич точно похвалит его за сообразительность.

Внезапно зал опять напрягся и замер, и Кузя, подняв голову, судорожно сглотнул. Тот опасный колдун стоял в дверях, и взгляд его был направлен на Кузю! И вот он направился прямиком к столу, где сидел див, и остановился рядом, сложив руки за спиной.

– Студент по обмену Диниш Оливейра? – слегка наклонив голову, спросил он.

– Да, это я. – Кузя вскочил и вытянулся по струнке. Так, спокойно. Вдруг профессор просто решил познакомиться с новеньким?

– Не могли бы вы выйти из-за стола, студент Оливейра? – проговорил колдун.

Кузя вышел и увидел, как профессор, подняв указательный палец вверх, описал им полукруг и указал куда-то под ноги Кузе. И тотчас же перед ним появился Петрович. Див опустился на колени и низко склонил голову.

– До меня дошли слухи, что ты осмелился нахамить нашему гостю из Коимбры, – спокойно проговорил колдун, но от его тона у Кузи едва наружу не вылезли клыки.

– Нижайше прошу простить вашего скромного слугу, хозяин, – пробормотал Петрович.

Волосы на затылке Кузи встали дыбом. Глубоко вдохнув, он заставил себя успокоиться. Его не раскрыли, а это главное.

– Не у меня проси прощения, а у оскорбленного тобой студента.

– Умоляю о прощении, уважаемый господин Оливейра, – Петрович немедленно повернулся к Кузе и начал подобострастно кланяться.

– Позвольте вопрос, господин профессор, – полностью взяв себя в руки, заговорил Кузя, старательно изображая акцент, – но разве этот бешта… див мне хамил?

– Профессор Вознесенский, Вадим Владимирович, – представился колдун. – Добро пожаловать в Академию. Я приношу вам извинения за неприятный инцидент в первый же день вашего пребывания. Вы, вероятно, не поняли, юноша. Ваш русский язык весьма хорош, но вы еще не знаете всех тонкостей вежливости. Этот див обратился к вам на «ты». Это недопустимо и оскорбительно. И он должен понести за это наказание.

«Вот же черт… Надо было так проколоться!»

Кто-то из студентов, ожидающих своей очереди на диване, услышал пожелание удачи от Петровича и немедленно донес об этом его хозяину. Кузя едва зубами не заскрипел от досады и почувствовал, как от волнения изменяются его зрачки. К счастью, линзы маскировали глаза, но он все равно для надежности опустил их в пол.