Книга Тайна мертвого ректора. Книга 1, страница 77 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

– Не ругайте вы его, ваше сиятельство, – замахал руками Петрович, – они просто поиграть хотят, знакомятся.

Это тоже была не слишком обычная черта библиотечных дивов. Руслан и Людмила никогда не разлучались, были дружелюбными и между собой отлично ладили. Некоторые студенты даже строили предположения, что это вообще один див, разделенный в результате какого-то колдовского опыта.

Слова Петровича тут же подтвердились. Шерсть на всех трех кошках разгладилась, Кузя одним прыжком заскочил на перила, и они с Людмилой обнюхали друг друга. Тут же к ним спикировал Руслан.

– Так ты говорил, что ничего не видел, – напомнил Аверин, – отведи-ка меня к Хранилищу. Хочу осмотреть дверь. А по дороге расскажи, как ты обнаружил, что его пытались вскрыть.

– Так как… Я утром обход делал, в пять утра, как обычно. Смотрю, а печать-то чародейская сломана, – див снова развел руками, – а как оно случилось, этого я не понимаю.

– Ясно… И что ты сделал?

– Как что? Встал у внешних дверей, вдруг вор еще не успел уйти, Диана спала, связь с ней было не установить, поэтому Людмилу к Алексею Витальевичу отправил. Они почти сразу и прибежали. Сначала Диана, а потом и они сами. Тогда уже я и его высокоблагородию профессору Вознесенскому доложил.

Несмотря на свою забавную внешность, Петрович был дивом восьмого уровня. Поэтому Хранилище находилось под серьезной защитой. Понятно, почему попытка взлома всех так взбудоражила.

– Профессору Вознесенскому?

Аверину не довелось застать профессора в Академии ни тогда, когда Вознесенский был студентом, ни когда стал преподавателем, но они виделись во время экзамена Аверина на высшую категорию, а также во время битвы на Перешейке. Большой силы колдун, сделавший в святая святых колдовских наук весьма быструю и серьезную карьеру. И на экзамене Сергея Вознесенский тоже заседал в коллегии, а значит – присутствовал на арене. Аверин уже разговаривал с ним в числе прочих экзаменаторов. Что же, следует поговорить еще раз и наедине. К тому же, раз Петрович позвал его после попытки взлома…

– Он твой хозяин?

– Да, – с почтительным поклоном подтвердил див.

– Хм, погоди-ка. А почему ты не доложил сразу ректору? Ведь событие чрезвычайное.

Див потупился.

– Так это… пожалел я… спали они, поди, еще. В четыре восемнадцать ведь только отсюда ушли. На пробежку-то они полгода уже как не ходили. Вот и спали до восьми.

– Так, стоп. А теперь по порядку. Значит, Иван Григорьевич был тут ночью и ушел чуть позже четырех утра? А пришел во сколько?

– В два. Поздно пришли они. Обычно в одиннадцать-двенадцать приходят. А уходят в два.

– То есть он приходил не в первый раз? Такое происходило часто?

– А как же. Обычно раза три в неделю они приходили. Читали, чай пили, со мной беседовали, я же много чего знаю, считайте, все книги тут, – он обвел рукой огромный читальный зал, через который они как раз проходили, – перечитал, кроме колдовских да чародейских, конечно. Бессонница у них… была, – див едва заметно вздохнул.

Аверин остановился и повернулся к нему. И задал вопрос, который раньше ему бы и в голову не пришло задать диву:

– Будешь скучать по Ивану Григорьевичу?

Тот поднял на колдуна немного растерянный взгляд:

– Так как же… буду, конечно, хорошим они были человеком… душевным. Почему Инесса так поступила, ума не приложу. Приказали они ей разве… – Он опустил голову и замолчал.