Книга Сердце шторма, страница 152 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

— И как он должен это сделать?

— Самый простой и правильный способ в этой ситуации — стать лидером и указать им на свое положение. Афонсу наследник рода Браганса. И вполне может пользоваться своим статусом. И его будут слушать. Он знает об этом, но вряд ли захочет идти таким путем, онже у нас анархист. Скорее всего, он попытается взывать к разуму или договариваться всяческими демократическими способами, и они, конечно, не сработают. Слишком разные взгляды и люди. Я об этом позаботился. Ему придется признать мою правоту.

— А если он все же справится? Смотрите, пока никто не дерется.

На площади во всю шли переговоры. Вера не могла их слышать, зато Педру в полной мере оценил красноречие своего будущего хозяина. Афонсу держался хорошо.

— Может, и справится, я не исключаю такой возможности.

— Тогда вы признаете его правоту?

— О, нет, — улыбнулся Педру. — Если он сорвется и использует свое положение, я выиграю этот раунд. Но если он справится и придет ко мне под окна с очередными разборками, я укажу ему на первопричины конфликтов, и он увидит, что пользуйся он своим именем и статусом, как положено, никаких ссор и вовсе бы не возникло, и никто бы не пострадал, а даже наоборот, все были бы в плюсе.

— Вы ужасны!

— Не преувеличивайте. Я коварен, но не ужасен. Смотрите, кажется, и правда справляется.

— Но все равно проиграет.

— Да.

— Уроки — это всегда проигрыш… — прошептала Вера будто сама себе. — Но это же нечестно! Несправедливо. Одно дело уроки, другое — манипуляции. Вы такой древний и опытный, не стыдно играть со студентом как с равным?

Педру внимательно посмотрел на Веру, во взгляде девушки горела обида, и вовсе не за сеньора Афонсу.

— А когда я начинаю проверять вас и играть на чувствах. Вы это замечаете?

— Конечно! Я же не идиотка!

— Конечно нет, вы прекрасная и умная юная колдунья. — Педру легким жестом убрал с лица Веры выбившуюся из растрепанных кос прядь. Резонанс едва уловимо коснулся пальцев. В этот раз она почти справилась, почти. А ведь если бы не пила, результат мог быть идеальным. — Но если бы я играл с вами на равных, вы бы никогда этого не поняли.

Вера не отвела взгляда, только слегка разочарованно покачала головой.

— Только не говорите, что придумали себе куда более благородный образ, чем я есть на самом деле. Я всегда говорил, что я чудовище.

— Да, да, свирепое чудовище, которое мурчит на солнечный свет…

— Что вы себе позволяете?

— Скажете, это нет так? — она впилась в него взглядом.

— Так. Но отрывая кому-нибудь голову, я тоже могу мурчать.

Вера засмеялась, но как-тоневесело, почти обреченно. И вдруг заговорила совершенно спокойно и серьезно:

— Поймите меня правильно, ментор. Дело не в моих представлениях или вашем характере. Просто постоянно проигрывать тяжело. Не у всех есть силы бросаться в заведомо проигрышный бой. Если нет хотя бы иллюзорной надежды на победу. Сколько ваших студентов избегают вас? Сколько учеников предпочтут промолчать вместо того, чтобы услышать в очередной раз о собственной глупости?

— А сколько ответит и научится? Проигрывать тоже нужно уметь. Порой это даже более важный навык, чем стремление к победе. Победа сладка. Поражение нужно прожить правильно, чтобы иметь возможность еще раз рискнуть и попытаться победить.