Книга Сердце шторма, страница 304 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

— И я бы снова держала язык за зубами, чтобы просто сохранить свою жизнь…

Разочарование Софьи коснулось Александра холодным ветром. Не то она хотела услышать. Не так представляла себе доверие и иную жизнь.

— Не самая лучшая судьба ждала бы вашу супругу: жить в тишине и страхе…

— Поэтому я, скорее всего, действительно выбрал бы вас после недолгого изучения.

— Я создаю впечатление той, кто будет безропотно молчать по вашему приказу?

А теперь это почти обида. Не настоящая, наигранная. Почти азартная и жаждущая достойного ответа. Александр неуловимо изменил обличье, не для страха, только в угоду эффектности. Ветер сразу растрепал длинные черные волосы, а сияние голубых глаз отразилось в зрачках императрицы. Император Пустоши медленно сделал шаг навстречу Софье. Она отошла. Он не остановился, и вскоре девушка прижалась спиной к холодной стене.

— Ой, да бросьте, — прошептал Александр, наклоняясь к императрице и чувствуя, как трещат и без того шаткие стены. — Вы бы молчали, потому что вам интересно…

1987, январь, РИИИП

— А здесь у нас залы экстремальных испытаний с-связи. — Молодой лаборант к третьему этажу почти перестал заикаться.

Александр возвышался за его спиной в форме Алконоста. В этот раз без торчащих из шеи когтей и короны. Просто более высокая и бледная фигура, длинные волосы и чуть более заостренные черты лица. Достаточно, чтобы быть неузнаваемым и впечатляющим.

Несмотря на частые посещения института и статус «исследовательского материала», ему не часто доводилось бывать в основном корпусе РИИИПа. Софья приглашала на некоторые демонстрации, связанные с исследованиями Пустоши, но не больше. Александр прекрасно понимал, что при всей вежливости и заверениях о сотрудничестве институт не захочет открывать своих тайн. Даже с МИПом РИИИП сотрудничал весьма номинально. Везде секреты…

Для изучения двустороннего коридора и проведения опытов над сильнейшим дивом разорились на постройку отдельного павильона, насквозь пропитанного заклятиями и окруженного множеством защитных барьеров.

Но в этот раз, после очередных наблюдений за «льдом», Александр все же напросился на экскурсию. И ему милостиво позволили обойти основной корпус сверху донизу и позадавать вопросы.

— А разве к экстремальным испытаниям допускаются студенты младших курсов Академии? — спросил Александр, глядя, как на огороженную арену спускается Алеша, вынужденный работать вместо очередных зимних каникул.

— Средних… — попытался оправдаться лаборант, не уловив сути вопроса.

— Я имел в виду, что в них экстремального?

— Конкретно сейчас ничего. — Рядом возникла Анастасия. — Но эти арены оснащены самыми передовыми защитными установками. Во время сессии никто не сможет войти или выйти, не прервав процесс и не оповестив об этом всех. Хотите посмотреть?

— Конечно. А где Софья Андреевна?

— Сессия будет длиться больше часа, достаточно, чтобы ее величество могла отдохнуть. Я отвела ее в гостевой корпус.

Даже на основном заседании, на котором ученые представляли императрице результаты своих трудов, было заметно, что Софье нездоровится. Ее то и дело вело в сторону, и Анастасия старалась быть поблизости и подпитывать хозяйку силой, но Александр уловил и скачки давления, и повышенную температуру, и досаду,которую испытывала девушка, просто потому что не может с обычной резвостью бегать по кабинетам и участвовать во всем и сразу. Его присутствие тоже не добавляло Софье спокойствия. Императрица старалась выглядеть спокойной и сосредоточенной, но то и дело нервно крутила в пальцах монетку, страшась выдать свою слабость.