Книга Сердце шторма, страница 77 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

— И вы хотите, чтобы эти пинки отвешивала я? Почему?

— Вы действительно не понимаете своего положения? — Педру с удивлением посмотрел на Веру и покачал головой. — Вы первая колдунья в Российской империи, принятая в Академию.

— Вы преувеличиваете, я не одна на курсе.

— Не преувеличиваю, это вы знаете не все. Да, сейчас вы не одна, но, когда вопрос решался, звучало именно ваше имя. Так уж вышло, что именно оно было на слуху, а императрица ставила в пример семью Авериных. И все остальные девочки были набраны после того, как на ваших документах поставили печать. Вы первая, Вера. И на вас все смотрят, и по вам будут судить о результатах. И этоогромная фора. Потому что там, где другим понадобятся годы, чтобы наработать имя, к которому прислушаются, у вас уже будет внимание, интерес и старт.

— Ого… — только и смогла сказать девушка, все еще слабо веря, что к ней относятся настолько серьезно. — Но это в России… Если это такое важное открытие, почему вы так легко его отдаете? Почему не подготовите кого-то из своих студентов или не доложите вашему королю?

— Зря вы думаете, что отдаю. Не волнуйтесь о моей доле, она учтена, но единственное, что я позволю сделать королю в этом вопросе, — подписать похвальную грамоту, если вы справитесь и выживете. Это же опасно, — он округлил глаза и поднял вверх четыре пальца. — Четыре потенциально смертельных случая за день, и в трех из них я вас съедаю.

— А я-то почти поверила, что вы меня цените…

— Конечно ценю, вы сами предположили подготовку студента, — Педру указал на Веру двумя руками, словно она упорно не упускала что-то очевидное. — А вы кто?

— Для вас? Чужачка. Иностранка.

— И все-таки моя ученица, причем весьма благодарная. Иногда я жалею, что не забрал вас в Коимбру, когда была возможность, но что сделано, то сделано. Нам редко доводится самим выбирать обстоятельства, в которых мы окажемся, не дано знать наверняка, что будет, но выпавший шанс стоит использовать с толком, разве нет?

Вера кивнула. Почему он всегда оказывается прав? Почему так лихо вертит мир с ног на голову. Как только она принимает тот факт, что они соперники, он оказывается на ее стороне. Только она начинает видеть в нем друга и союзника — превращается во вражеского ферзя на шахматном поле. И как с ним работать?

— Тогда мне нужны ваши знания, — прямо сказала она, — вся информация, которую вы можете дать. И не играми и загадками. Хотите получить результат — помогите мне. Без недомолвок и тычков в спину.

— А что я, по-вашему, делаю все эти годы? — ментор пожал плечами. — Вы все узнаете, в свое время. Поверьте, я учу колдунов не первое столетие, я смогу вас подготовить.

— Поверить?! — снова взорвалась Вера. — Во что мне верить, если вы не говорите и половины из того, что мне стоило бы знать? Как доверять, если стоит за вами пойти, вы тут же упрекаете за безрассудство. Стоит высказать сомнения — сразу упрек за недоверие.

Педру улыбнулся совсем по-человечески, милои немного смущенно. Вера подавила желание схватить его за ворот расстегнутой рубашки и хорошенько встряхнуть:

— Как мне вам доверять?

— Полностью и безоговорочно, — вдруг сказал он, подходя ближе. — Вы можете мне довериться, и я, глядя в глаза, пообещаю это доверие оправдать и никогда не подведу вас, но учтите, что в этом случае играть придется по моим правилам. И смиряться порой с отсутствием ответов, недомолвками и тайнами. Пройдет время, и вы поймете: чтобы достичь нужного результата вовсе не обязательно обладать абсолютной полнотой информации, — это ментор прошептал хитро, склонившись к самому уху девушки, и почти сразу отстранился, вмиг оказавшись на противоположном краю утеса. — Или не доверяйте мне вовсе и, может, получите возможность сыграть самостоятельно. Кто вы, сеньора: серебряная пешка или королева?