Книга Цветок с тремя листьями, страница 130 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

Иэясу улыбнулся:

— Ешь. Легче станет, верь моему опыту. И пей побольше. Воды, я имею в виду, — он снова рассмеялся.

Видно было, что отец пребывает в отличном расположении духа. И Хидэтаде казалось неправильным начинать неприятный разговор. Поэтому он, успокоив себя тем, что такие вопросы за едой обсуждать не стоит, тоже взял онигири, обмакнул в соус и принялся старательно пережевывать рис.

Наконец Иэясу закончил с едой и, блаженно прикрыв глаза, откинулся на подушки. Хидэтада отставил блюдо в сторону и откашлялся.

— Отец, — решительно начал он, — я бы хотел с вами поговорить.

— М-м? — Иэясу приоткрыл один глаз. — Я понимаю, что разговор будет серьезный, иначе ты не откладывал бы его. Так?

— Так… — Хидэтада резко и шумно выдохнул, собираясь с мыслями.

— Тогда говори.

— Отец… — Хидэтада слегка замялся и, наконец, выпалил: — Мятеж Ходзё. Ведь это вы сами его организовали, да?

— О-о-о… — протянул Иэясу, приподнимаясь с подушек и слегка наклоняясь вперед. — Это действительно серьезный разговор. Да, я. Более того, я еще и финансировал зачинщиков мятежа. И среди них были мои люди, которых я же потом и казнил. Но они знали, на что идут. — Иэясу выпрямился и пристально посмотрел в глаза Хидэтаде.

Хидэтада выдержал это взгляд, только слегка сдвинул брови, отчего на лбу образовалась морщинка.

— Но, это же… — он смутился и еще сильнее наморщил лоб, пытаясь подобрать подходящее слово.

— …Подло? Бесчестно? Отвратительно? Не стесняйся, говори, что думаешь, — Иэясу слегка усмехнулся, продолжая сверлить Хидэтаду внимательным взглядом.

— Нет… не это, — Хидэтада на миг опустил глаза, — я просто хочу знать, насколько это было необходимо… так поступать.

— …Так? То есть — некрасиво, подло и цинично? Хорошо, на твой вопрос я отвечу. Только сначала ответь ты. Как, по-твоему, зачем я все это затеял?

— Я думаю: это было необходимо, чтобы появилась веская причина отказаться от участия в войне.

— Правильно. Нечего мне было делать в Корее. И тебе тоже — не смотри на меня так. Но это только ботва дайкона. Листья, которые торчат над землей. А вот почему старая хитрая Обезьяна поверила мне, ты знаешь это? Ты думаешь, господина тайко легко обмануть?

Хидэтада медленно покачал головой.

— Да потому что я и не обманывал его, вот в чем дело. И вот что, сын. А не желаешь ли ты со мной сыграть партию в го? — неожиданно предложил Иэясу и, не дожидаясь ответа, хлопнул руками и поманил стоящего возле дверей слугу. — Принеси доску. И пусть уберут лишнее.

Когда доску принесли, Иэясу поставил перед Хидэтадой две коробочки — с белыми и черными камешками:

— Выбирай.

Хидэтада молча положил руку на черные.

— Земля… — улыбнулся Иэясу, — почему я не удивлен? Что же, хороший выбор. А мне надо привыкать к тому, что выбираешь ты, а я лишь следую за тобой. — Он принялся расставлять камешки на доске.

Хидэтада молчал. Он задал все интересующие его вопросы и теперь с нетерпением ждал, что ответит ему отец.

— Скажи мне, Хидэтада, ты когда-нибудь ловил рыбу? Не в специальном пруду, где карп прыгает на крючок, едва ты закинул его в воду? А в обычной реке? — спросил Иэясу, наконец все расставив.

— Да, отец, — Хидэтада посмотрел, куда отец двинул фишку, и сделал ответный ход, положив свою.

— Так вот. Что же нужно для того, чтобы в одном месте собралось много рыбы?