Онлайн книга «Сказки города»
|
– Да уж… – Морган ухмыльнулась – Не иначе, это потому, что его зовут Адский Демон из Преисподней. Это мой сосед. – Как это? – Да вот так. Он снимает комнату у нас в доме. Еще у бабушки снимал. Я его даже помню. Когда маленькая была и мы сюда приезжали, он периодически мелькал на заднем плане. – Ну, тогда скажи, как его зовут. – сказала Рози. – А то, боюсь, Танька лопнет. Морган задумалась. – Понятия не имею. – изрекла она наконец. Человек в плаще, тогда еще, правда, без плаща, а в полинявшей джинсовой куртке, сидел на ступеньках крыльца и курил. Вернее, пытался зажечь сигарету спичкой. Спички, с чисто спичечным коварством, предпочитали ломаться пополам, сбрасывать головки, промахиваться мимо коробка, а иногда просто выворачивались из пальцев.Когда в грязь шлепнулась последняя, парень сердито плюнул ей вслед и полез в карман в поисках нового коробка. – Держи, не мучайся. – произнесла Мара Вайцховски и протянула ему зажигалку. Однако на середине пути ее рука замерла – Нет уж, давай-ка я тебе сама прикурю. Парень пожал плечами и потянулся к огоньку. Марианна уселась рядом и принялась раскуривать трубку. Вскоре едкий сигаретный дым потерялся в запахе смородинового табака, клубами окутавшего обоих курильщиков. – Вот что, братишка… Я тебя понимаю и лекции тебе читать не собираюсь. Сама бы на твоем месте две недели не просыхала, а то и вообще никогда. Я знаю, как это… Парень молча курил и смотрел в пространство. – Одного понять не могу. Зачем тебе одному столько горя? Давай-ка, отдай мне половину. Парень помолчал, потом выдохнул вместе с дымом: – А вам зачем? Чужое-то? – А ты отдай, а там посмотрим. Может, елку из него выращу. Или дуб. Что получится. Человек в джинсовке хмыкнул: – Спасибо, тетя Мара. Я уж как-нибудь сам. – Жадный ты все-таки, братишка. Ладно, как скажешь. Докурил? Пойдем завтракать. Нет-нет-нет, не отвертишься. Это ты у нас человек в себе, а я пока с кем-нибудь не поделюсь своим утром, кусок в горло не полезет. Давай, вставай, держись за меня. «Братишка» покорно позволил усадить себя за стол и уставился в небольшое озерцо с кофе, которое Марианна скромно именовала чашкой. Он смотрел, как сквозь пар на поверхности напитка то показывается, то исчезает его отражение, и был далеко-далеко. Но какая-то его частичка, все-таки оставшаяся в здесь и сейчас, слушала болтовню «тети Мары», доносившуюся будто сквозь вату. Частичка становилась все больше и больше, и он вдруг заметил, что монолог превратился в диалог, а потом снова в монолог, уже с его стороны. А потом человек в джинсовой куртке отдал Марианне Вайцховски свое горе. И рыжая ведьма превратила его в горсть желудей и бросила в землю позади дома. Потому что настоящее горе можно вылечить только давая жизнь. Морган проснулась в полдень, вспомнила, что сегодня выходной, и возблагодарила всех богов сразу. У нее никогда не было похмелья в общепринятом смысле, но по какой-то необъяснимой причине каждый раз после вечеринки ей не хотелось, даже не моглось разговаривать с людьми. Да и смотреть на них, если честно, тоже как-то не очень тянуло. Девушкамедленно, с наслаждением перетекла из кровати на пол, нащупала на кресле какую-то одежду и не глядя натянула ее на себя. На кухне тетя Катя варила овсянку. При виде сонной и растрепанной Морган ее губы запросились в улыбку, но она волевым усилием вернула их в строгую учительскую линию. |