Книга Происшествие в городе Т, страница 26 – Лев Брусилов

– Он точно назвал фамилию Усов? – спросил фон Шпинне.

– Да, и не просто Усов, он говорил «мастер Усов», это и заставило меня к вам прийти.

– Скажите, пожалуйста, Владимир, вы же не один раз подслушивали своего деда?

– Мне стыдно в этом признаться, но не один.

– А вам никогда не приходило в голову, что у вашего дедушки просто-напросто нет денег, которые он мог спрятать?

– Да что вы, что вы, – отмахнулся Володя, – как это нет денег? Есть! Мы точно знаем.

– Ну, хорошо, с этим понятно. Теперь вернемся к мастеру Усову. Сколько раз дед упоминал о нем?

– Да каждую ночь только и говорит, что об этом мастере Усове.

– И что же он о нем говорит?

– Вы знаете, совершеннейшая абракадабра. Какая-то деревня, кто-то должен туда ехать, находить там Усова, у которого есть ложка…

– Он говорил, что у Усова есть ложка? – заинтересовался Фома Фомич. Это удивило молодого человека.

– Да! – ответил он. – А у кого нынче нет ложки, без ложки-то и не проживешь.

– Справедливо, – согласился фон Шпинне. – Знаете, Владимир, то, что вы мне рассказали, очень и очень занятно, но хотелось бы послушать вашего дедушку непосредственно, вы понимаете меня? – С едва заметным кивком фон Шпинне подался вперед.

– То есть вы сами хотите его подслушать?

– Ну, если вам угодно это так назвать, то да, я хотел бы его подслушать.

– Ну, я не знаю, как маменька… дозволит, она у меня строгая.

– Маменька может не позволить? – засмеялся начальник сыскной. – Я думаю, мы ее уговорим.

Фома Фомич записал адрес Володи Мясникова и, пожав ему руку, отпустил домой. Володя с неохотой встал, снял с вешалки картуз, делая это крайне медленно, словно ждал чего-то. Начальник сыскной знал, почему не торопится, почему мнется его посетитель, но виду не подавал. Уже стоя в дверях, Володя наконец-то решился на вопрос:

– А можно поинтересоваться?

– Разумеется, – Фон Шпинне уставился на него ясными глазами.

– Там в объявлении, ну у Клокова в трактире, которое… – Володя запнулся. Нет, все-таки непросто, ох как непросто говорить о деньгах, особенно с тем, кто смотрит на тебя таким вот открытым и доверительным взглядом.

– Так что там в объявлении?

– Вознаграждение, – едва слышно промямлил Володя.

– Ничего не могу разобрать, говорите громче, что в объявлении?

– Вознаграждение, – повторил с большей силой Володя.

– Вознаграждение? Какое вознаграждение? – Фон Шпинне озабоченно наморщил лоб и поднял подбородок, а в голос добавил чуть-чуть металла. – О каком вознаграждении вы говорите?

– Ну, там, в объявлении, за сведения… – Володя находился в таком состоянии, что, будь у него деньги, сам бы заплатил, чтобы только быстрее покинуть этот кабинет. – Я так, я пойду!

– Ах, вознаграждение, ну как же я мог забыть! Спасибо, что вы мне напомнили. Увы, всего в голове не удержать. Да, да, вам полагается награда, но получите вы ее тогда, когда мы послушаем, что говорит во сне ваш дедушка. Понимаете меня?

– А когда вы будете слушать?

– Хотелось бы, конечно, пораньше, но ваша маменька… Нужно будет время, чтобы сговориться с ней.

– А если я сам сговорюсь?

– Ну, когда вы сговоритесь, мы приедем и послушаем.

– А давайте завтра?

– Давайте завтра. Вы подойдете сюда в это же время, и мы отправимся к вам домой. Ваш дедушка как, рано спать ложится?

– Спать-то он рано ложится, не засыпает долго, – ответил Володя.