Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
– Да! – ответил Сергей и почему-то захлопал глазами. – А при чем здесь деньги и следователь Алтуфьев, можете пояснить? – Ни при чем… – Но ведь вы сказали, следователь всегда говорил только с Николаем. А после моего вопроса о беседе Алтуфьева с вами вы удивились и сказали, что зачем он будет говорить с вами, если все деньги теперь у Николая. Так? – Ну, так! – Вот я вас и спрашиваю, при чем здесь деньги? Или между вашим старшим братом и следователем Алтуфьевым есть какие-то денежные отношения? Может быть, кто-то кому-то должен? – Я про это ничего не знаю, а так сказал, потому что Николай у нас сейчас главный, и у главного всегда деньги, вот и все! – Значит, вы не знаете, о чем говорили следователь с Николаем? – Нет, меня в эти беседы не посвящают – молод еще! – Гимназист сказал с обидой в голосе. – Следователь обычно разговаривал только с Николаем, или они еще кого-то приглашали? – Никиту звали, он у нас теперь правая рука Николая. – А Андроса звали? – Нет! – отрицательно мотнул головой гимназист и даже удивился. – В последний визит Алтуфьева Никита присутствовал при разговоре? – Не знаю, меня дома не было… Вы у Николая спросите… – Да спросим, конечно, спросим, – кивнул фон Шпинне. – Когда следователь ушел, вы все, насколько мне известно, сели за стол? – Да, обед накрыли! – О чем вы говорили за обедом? – Ни о чем, пообедали, да и разошлись… – Возможно, вы ушли, а кто-то остался за столом? – Нет, только прислуга грязную посуду убирала… – Вы так говорите, будто заглядывали в столовую уже после того, как все разошлись… – Заглядывал! – Зачем? – непонимающе улыбнулся фон Шпинне и перевел взгляд с Сергея на доктора. Тот сидел с серьезным выражением лица и внимательно слушал беседу. – Просто заглянул, вот и все! – пожал плечами гимназист. – Может, вы кого-то искали, Николая или Никиту? – А зачем мне их искать, они сидели в отцовском кабинете, говорили о чем-то… – О чем, вы, конечно, не знаете? – Нет! – Сергей, а что Андрос, он разве не принимал участия в беседах со старшими братьями? – Да он спустится со своего чердака, поест и снова туда забирается – художник! От него порой просто слова не услышишь. А чтобы он с кем-то разговаривал… Начальник сыскной понимающе закивал и задумался. Вот ведь как бывает, говорят, художник, что-то там рисует, а что рисует? Ведь Фоме Фомичу даже в голову не приходило поинтересоваться, посмотреть на эти картины. Нужно будет исправить это упущение. Может быть, это какой-нибудь новый Шишкин творит в безвестности на чердаке. – Сергей, а труп Новоароновского вы видите впервые? – Да! – В доме не было никакого шума? Никто не бегал, не кричал: «Управляющего убили!»? – Нет, я не слышал… – Как вы думаете, если вы, конечно, об этом думали, кто мог убить управляющего вашей ситцевой мануфактурой? – Не знаю! – А вот по вашему дому ходят слухи, будто бы это дело рук конюха Леонтия. Как вы к этому относитесь? – Это что же, из-за Руфины? – Получается, так. – Даже не думал об этом… – Вам было известно о связи вашей приживалки с Новоароновским? – Об этом все знали, не только я. Руфина ходила по дому и хвасталась, что выходит замуж за управляющего! – У вас ведь не один управляющий. Почему вы решили, что это непременно должен быть Евно Абрамович? |