Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
– Да нет, это я пошутил! – Хорошо, с твоим донесением мы ознакомились. Теперь давай на другое посмотрим, вот на это… – Начальник сыскной протянул агенту вторую бумажку. – Возьми и прочти, только читай внимательно. Агент читал долго, а может, прочитав, просто сидел и смотрел в листок, робея поднять глаза на Фому Фомича. – Ну, что молчишь? Скажи, как это у тебя получилось? Ты говоришь, незнакомец в щель какую-то нырнул, а из этого донесения видно – никуда он не нырял, не прятался, просто шел по улице и пришел к дому фабриканта Протасова, где и остался. Отвечай! – Ну, я это… – Поленился ты за ним идти. Думал, и так сойдет, и так тебе поверят. А если что, то пусть за ним кто-то другой следит… Так думал? – Ну… – И за что, скажи мне, ты получаешь жалованье? За то, что не делаешь свою работу? Почему человек, написавший это донесение, работает у меня внештатным агентом, а ты – штатным? Почему мне не взять его и заменить тебя, все проку больше будет… – Не выгоняйте меня, ваше высокоблагородие, куда я пойду? – Что, совсем работать разучился? А это ведь только потому, что за время службы в сыскной ты ничего не делал, так тебя бы не напугала возможность остаться на улице. Ты бы мне сказал, что подобные тебе не пропадут, всегда себе место под солнцем отыщут. Но нет, ты боишься места лишиться, да еще такого хлебного. – Я больше не буду! – Что ты больше не будешь, что ты больше не будешь? Спать на посту или уходить с поста? – Ну… – Агент затруднился ответить, не знал, что говорить. – Я тебя оставлю, правда, с одним условием. Ты мне должен рассказать, кто мутит воду… – Какую воду? – Дурака не строй – какую воду? Чистую воду! Ведь ты у нас в полиции не так давно. Мне помнится, сначала ты был исправным агентом, а потом испортился. И вот наконец ты мне заявляешь – платят тебе мало. А за что тебе платить? Глава 22. Семенов – Ну, что молчишь, говори, кто тебя наставляет относиться к службе с прохладцей? – Фон Шпинне смотрел на сжавшегося агента строго, но без жесткости. – Да не знаю я… – начал плаксиво Сурков. – Вроде и никто. Просто говорят, мол, мало платят. Мы тут надрываемся, животы рвем, жизнью рискуем, а у нас дети малые, а благодарности никакой… – Можешь не продолжать, это Семенов! – сказал начальник сыскной. – Почему вы так думаете? – спросил удивленный Кочкин. – Только у него есть малые дети. А ведь верно, как мы его на службу взяли, так и началась эта чехарда. Появились недовольные, стали плохо работать. Вот хороший агент был, – фон Шпинне указал на Суркова. – Учитывая его небольшой опыт, я бы даже сказал, замечательный. Однако не прошло и нескольких месяцев, как он испортился. Службу побоку – деньги давай! Да и ты тоже – роптать начнут! А ропщет только один человек – Семенов! От него вся эта зараза и идет. – Но Семенов хороший агент! – возразил Меркурий. – Он потому и хороший, что вокруг себя собрал тех, кто работать не хочет, ленится. На этом фоне он будет не просто хорошим, а прекрасным. Хитрый, других подначивает, а сам ко мне не приходит. На это только дурак способен или вот – одураченный! – Фома Фомич мотнул головой в сторону Суркова. – Ну, что сидишь, иди и помалкивай о нашем разговоре. Узнаю, что болтал, на улицу выгоню с «волчьим билетом»! – И что теперь? – спросил Кочкин после того, как агент Сурков, пятясь, покинул кабинет фон Шпинне. |