Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
– Хорошо! – кивнул начальник сыскной и, обращаясь к мальчику, добавил: – Ты, Николай, уж извини, но нам с твоим дядей поговорить нужно с глазу на глаз. А ты иди домой и старайся никому про то, где был и с кем говорил, не рассказывать. Понял? – Понял! – мелко тряс головой племянник Суркова. Мальчик ушел. – Слушаю тебя. Как так получилось, что ты на Алтуфьева работать стал, своих товарищей ему продавать? – Фон Шпинне говорил устало и нехотя, с гримасой отвращения на лице. Не любил он людей, подобных Суркову. – Он ведь мне дальним родственником приходится… – Это он тебя на службу в сыскную рекомендовал? – Он! – Значит, договоренность рассказывать о том, что в сыскной происходит, была у вас с самого начала? – Да! – тяжело вздохнул Сурков и передернулся, словно даже мысль об этом вызывала в нем омерзение. – Он ведь потому и согласился мне поспособствовать попасть в сыскную, что я буду ему доносить… А не то, говорил, у меня кроме тебя родни полгорода, с кем-нибудь да договорюсь. Вот я и согласился, а куда деваться… – Нашел бы себе другую работу… – Да мне эта нравится… – И чем же она тебе нравится? – Начальник сыскной нахмурил брови. – Следить нравится за разными людьми. – Следить? – кивнул фон Шпинне. – Ты в этом видишь смысл нашей работы? – Да! – ответил, но с опаской, Сурков, ожидая, что полковник станет его переубеждать, но тот смолчал. Тогда агент решил, что сейчас пора заикнуться о прощении… – Об этом поговорим позже, – строго сказал Фома Фомич, – потому что нам не известно, куда делся Семенов. Если он жив, это одно дело, а если мертв, то ты, друг ситный, попадешь под суд… – Как же так? Почему я? Ведь это Алтуфьев рассказал все Протасовым! – А кто рассказал об этом Алтуфьеву, кто? – Ну, я! – Вот! Это значит, что ты непосредственный виновник. И ладно, если бы ты сделал это случайно, так ведь нет! Ты за Семеновым организовал настоящую слежку. Впутал своего племянника, а ему теперь придется идти в суд, быть свидетелем. Что на это скажет твой старший брат? – Не знаю! – Ты, Сурков, поступил в высшей степени подло… – Да я это уже понял… – Поздно, понимать нужно было, когда Алтуфьев требовал от тебя сведения, прийти ко мне и все рассказать… – Вы бы меня из полиции выгнали! – Да, возможно, но это все, что тебя ожидало бы. А теперь тебя не просто выгонят из полиции, ты попадешь под суд и, вероятнее всего, отправишься на каторгу. Ну и что лучше: просто лишиться места или угодить в тюрьму? Еще тебе скажу одно: я, возможно, и не выгнал бы тебя, а, напротив, похвалил за твою честность и принципиальность… – Это вы сейчас так говорите, а тогда еще не известно, что сказали бы… – Да какая разница! Это были бы всего лишь слова. А теперь тебя подозревают в злоупотреблении служебным положением и разглашении… – Алтуфьев – он же следователь, ему положено знать, что происходит в сыскной! – начал оправдываться Сурков. – Нет! Знать то, что происходит в сыскной, не положено никому! Ни следователю Алтуфьеву, ни самому прокурору. Об этом даже губернатор знать не должен. Потому что вся наша работа составляет служебную тайну, а ты по глупости, а, возможно, из корысти, тайну эту раскрыл третьему лицу, Алтуфьеву, и теперь тебя за это ждет наказание. – Но я же ни в чем не виноват, Алтуфьев меня заставил, он мне грозил… |