Онлайн книга «Невероятные гигаприключения Родиона Пузо»
|
С воем, отшатнувшийся капитан Бетонная борода рушится на колени. Его плоть разрывается под фонтанами хлещущей крови, слизи и самогонаиз сахарного борщевика. Но ты уже не смотришь на агонизирующее порождение. Ты падаешь на колени, схватив впитавшего в себя картечный залп Алексея Петровича. Ты ничего не можешь сделать. Темные глазки бетоноеда уже начинают гаснуть. Но на его мордочке читается блаженно-счастливая улыбка. Алексей Петрович воплотил мечту которой посвятил всю свою жизнь – он наконец умер. По твоим щекам текут слезы. Подошедшая к тебе чистая безмолвно опускает свою разбитую голову. В абсолютном молчании вы долго долго стоите на усеянной мертвецами палубе. Когда с лифта капитана Бетонная борода осыпалась вся слизь и плоть, когда в соседних лифтовых шахтах с грохотом развалились остальные лифты непобедимой армады мертвого пирата, когда начали жрать друг-друга некогда подчиненные его волей порождения, вы с чистой отправились на безымянный этаж, чтобы похоронить Алексея Петровича. Укрыв тельце отважного бетоноеда кусками бетона марки М350, вы заряжаете все уцелевшие орудия лифтов и даете прощальный залп. Твои глаза полны слез. Ты не видишь ничего вокруг, и чистая сама запускает машины, направляя лифт вверх. Вверх, к свету обитаемых блоков. Вверх, к людям. К людям, оставшимся жить благодаря Алексею Петровичу. 7 Сорок циклов спустя ты останавливаешь свой лифт в блоке ЭПи/10г. Ты здесь по делам. Во-первых, партия постановила назвать новый бетонный завод именем и отчеством Алексея Петровича и нужно присутствовать на открытии сделанного из бетона марки М350 памятника героическому бетоноеду. Во-вторых, помимо лифтоходства ты уже давно пристрастился к написанию книг о собственных приключениях. Оставив на время свою милую Хлорианну, которая вызвалась читать заводским рабочим лекцию о пользе гигиены и чистоты, ты направляешься в блочную типографию. Там, за стаканчиком самогона из сахарного борщевика, вы с редактором обсуждаете издание таких твоих произведений как: романа «Дети капитана Пузо», повести «Капитан Пузо – двадцать тысяч метров под Гигахрущем», фантастической сказки «Пузо: туда и обратно» и даже книги ужасов «Капитан Пузо против таинственного пузожителя». Когда бутыль начинает показывать дно, а все детали оказываются обсуждены, редактор задает тебе последний вопрос: Родион, а посвящение в твоих книгах какое напишем? Ты опрокидываешь последний стакан, закусываешь копченой ножкой арахны, обдумываешьи, наконец, со значением говоришь: - Напиши так: «Посвящается всем моим дорогим читателям, без вас мои труды вряд ли бы состоялись». На этом вы и расстаетесь. По коридорам блока ты идешь с ощущением почти абсолютного счастья. Единственное, что омрачает твою жизнь, так это самогон, вдруг изрядно надавивший на твой мочевой пузырь. Да еще и уборных вокруг как назло нет. Поэтому, едва завидев раскрытую шахту лифта, ты мгновенно кидаешься к ее черному провалу. Отпихнув от нее щуплого паренька, ты начинаешь с облегчение выплескивать во тьму все накопившееся за эту непростую смену. Закончив с излияниями, ты смотришь на изрядно ушибшегося о бетон парня и видя его пустые, полные бесконечной усталости глаза сразу все понимаешь. Сев рядом, ты протягиваешь ему свою фляжку. Так потягивая самогон из сахарного борщевика и сидя на краю шахты, ты рассказываешь ему о лифтовом флоте и необитаемых этажах, дальних путешествиях и таящихся в необитаемых блоках сокровищах, о девятибальных самосборах и полногрудых кусалках, белых арахнах и экспедиции в город Древних вашего с Хлорианной сына - легендарного капитана Влада. И с каждым твоим словом глаза парнишки разгораются все сильнее и сильнее. Видя это, ты по-отечески улыбаешься, и предлагаешь ему начать службу на твоем магистральном лифте. |