Онлайн книга «Московская вендетта»
|
Вот поэтому Дмитрий и не любил общаться с людьми – никогда не знаешь, чего от них ожидать и какие странности можно услышать. К счастью, вежливость Белкина нашлась быстрее, чем он сам. – Хорошо, Абрам Осипович. Московский уголовный розыск, оперуполномоченный Белкин. Так мне можно войти? – Вы уже вошли, молодой человек. – Да, но… – Но хватит мяться, молодой человек! Раз уж вошли, то садитесь. Чего вам нужно от жильца из самой дальней комнаты? Дмитрий чувствовал, что начинает краснеть – вот это было даже для него странновато. Старик отчего-то очень его смущал. Белкин устроился на табурете напротив Кауфмана и стал старательно разглядывать старую этажерку, которая служила старику и прикроватной тумбой, и местом для чтения, а иногда и трапезным столом, судя по нескольким застарелым пятнам. Этажерка была Белкину неинтересна, просто смотреть людям в глаза иногда очень нелегко. Наконец Дмитрий справился с собой и посмотрел на старика – тот, казалось, так и провел все это время с ехидной улыбкой на лице. Кауфман произнес: – А я уж думал, что нынешние полицейские даже прожигать взглядом разучились. – Я не полицейский. – Да все едино, молодой человек! Ладно, чего вам? – Вы знаете, что вашего соседа из квартиры напротив убили? – Конечно, знаю. Галя тут ночью устроила концерт. Большую часть времени умная женщина, а иногда дура дурой – чего кричать-то?! Ну, услышала ты что-то, позвала городового, ну и сиди себе ровно – пусть люди работают. Но ведь нет, нужно всех перебудить! Нужно растолкать Ваню, который устает так, что заснуть иногда по два часа не может, нужно всполошить Варю, которая с дитятами издерганная, самих детей тоже, разумеется, нужно разбудить, чтобы орать в три горла, а не в одно… Дмитрий почувствовал подходящий момент и перебил ворчание старика: – А вас? – Чего меня? – Вас она тоже разбудила? – Нет, я не ложился еще. – То есть вы тоже слышали выстрел? – Я слышал, как упало что-то вроде книги, – это только потом по Галиным причитаниям я понял, что это была за книга. – А в каком часу это было? – У-у-у, вы бы еще спросили, какая погода была в этот момент в Бобруйске, молодой человек! Я ночью время совсем не понимаю. Вроде и долго тянется, а протягивается быстро. По мне бы, и сейчас ночь, может, и спать лягу, как вам со мной общаться надоест. – А что было потом, после падения книги? – Я же говорю – Галя переполох устроила, но мне-то не очень интересно было. Мне больше вот. Старик перевернул книгу обложкой кверху – книга называлась «Дни» и принадлежала перу некоего В. Шульгина. В памяти Белкина зашевелилось что-то – осколок какого-то воспоминания, связанного с этой фамилией, но дальше зуда в разуме он продвинуться не смог. Старик снова положил книгу разворотом к себе и задумчиво произнес: – Где-то мы все ошиблись… Дмитрий, видя, что Кауфман стремительно теряет интерес к беседе, поспешил поменять тему: – А вы с убитым были знакомы лично? Теперь старик не смотрел в лицо своего собеседника – он вцепился взглядом в какую-то невидимую точку на шторах. Затем Абрам Осипович неожиданно резким движением захлопнул книгу и посмотрел на милиционера со странной злобой: – К глубокому стыду своему, был! Но дружбы не водил – с палачами отродясь за панибрата не был! |