Онлайн книга «Молодость»
|
Лукреция совершенно обессиленная ушла со сцены в сопровождении верного оруженосца Пьетро. Молодого гитариста Лучано в этот раз с ней не было. Сальваторе немного пришел в себя и оглянулся вокруг. Зал почти совсем опустел. Доходило одиннадцать вечера. Лючия и Чиро самозабвенно целовались. Спутник Лючии куда-то испарился, впрочем, Сальваторе не исключал, что подраться еще придется. Кастеллаци извинился перед молодымилюдьми, которые этого даже не заметили, и прошел в гримерку. Лукреция сидела, уставив взгляд в зеркало, но думала она вовсе не о своем лице. Скорее всего, она вообще ни о чем не думала. – Чао, дорогая! Пациенца вернулась к реальности, собрала волосы в хвост и только после этого ответила, смотря на Сальваторе через зеркало: – Чего это ты такой довольный сегодня, Тото? – А ты чего такая грустная, устала? – Родилась. – Понимаю, я тоже часто расстраиваюсь из-за того, что родился… Лукреция устало улыбнулась, посмотрела на входную дверь за спиной Сальваторе и произнесла: – Тото, давай останемся здесь… Я не могу больше жить там. – Давай. Кастеллаци сел на соседний стул и откинулся на спинку. – Чем займемся? – Ты мне скажи, Тото. Ты мужчина – это вы придумываете занятия для человечества. Сальваторе оглянулся вокруг: – Ну, можем покидать скомканные бумажки в мусорное ведро… – Ладно, убедил! Куда пойдем? – Я, честно говоря, хотел затащить тебя в какое-нибудь местечко, которое не закрывается на ночь. – Ты что, клеишь меня, Тото? – Только слегка… Если тебе от этого станет легче, я сегодня не один, а с компанией. – Ты? Ты же всегда любил общаться один на один. И что за компания? – Приятный юноша, у которого выдалась тяжелая неделя, и девушка, которая присосалась к нему минут двадцать назад, да так крепко, что не оторвать. – А ты уверен, что мы будем уместны в этой компании? – Дорогая, мы в любой компании неуместны. – Тоже верно… Через сорок минут четыре человека вошли в клуб, который назывался «Золотой дворец». Интерьер был исполнен в стиле Римской империи, но с упором не на триумфы Цезаря или имперских орлов, а на безудержные вакханалии, оргии и лепестки роз. Лючия к некоторому удивлению Сальваторе увязалась за ними, похоже, она изрядно заинтересовалась все еще немного растерянным Чиро. Лючией, в свою очередь, изрядно заинтересовалась Лукреция и Кастеллаци был искренне благодарен Чиро за то, что тот не интересуется им. Бертини с Пациенцой, как и ожидал Сальваторе, ухитрились поссориться в первые же пятнадцать минут знакомства, но у Лукреции почти все знакомства начинались с ссоры. Вино текло не очень мощным, но зато непрерывным потоком. Сальваторе пришло в голову, что это был отличный вечер для того, чтобы умереть. Ему вспомнилось мертвая улыбка Диамантино. «Лучшая смертьиз всех! Под любимую музыку в объятиях любимой женщины…» – Тото, не смей уплывать в свои размышления! Ты позвал меня развлекаться в это пошлое заведение, и ты не посмеешь оставить меня здесь одну. Кастеллаци отвлекся от мыслей о смерти и понял, что Лукреция сидит рядом с ним и положила голову ему на плечо. Чиро нигде не было видно, а Лючия танцевала с каким-то рыжим парнем, одетым в костюм вырвиглазного зеленого цвета. – Я думал, тебе понравилась эта девочка. Сальваторе почувствовал, что Пациенца улыбнулась: |