Онлайн книга «Шепот падающих листьев»
|
– По твоим речам и не скажешь, что ты простолюдин. Самурай подкрепил свои слова улыбкой, на которую резчик ответил: – Я человек, господин Ёсицунэ, и, как и все люди, умею любить и чувствовать боль. Поезд приближалсяк Иокогаме. Вернувшаяся Асакава и самурай разговаривали о го, в котором Синдзи совершенно ничего не понимал. Когда поезд прибыл, Ёсицунэ вышел вслед за резчиком (Синдзи так и не смог понять, видит ли самурая еще кто-нибудь). Иокогама встречала запахами и сумерками. Паровоз дал гудок, которому вновь подражал крик призрака. Синдзи обернулся на крик и увидел, что Асакава кричит, обхватив трубу руками, запрокинув голову и закрыв глаза. Резчик вернулся к тому, что его окружало, и увидел в толпе чиновника, облаченного в варварский костюм. Рядом с чиновником было несколько городовых. Минамото-но Ёсицунэ смотрел на них с холодным презрением. Потом обернул свое искаженное лицо к резчику и произнес: «И все же мое время не закончилось!» После этих слов он скинул тряпье с ножен, выхватил меч и понесся на чиновника, желая Императору десять тысяч лет жизни. Люди бросились в стороны, началась паника, которой, однако, оказался не подвержен один из городовых чем-то неуловимо похожий на Ёсицунэ. Он выхватил маленькое огнестрельное оружие и выстрелил в самурая несколько раз. После попадания второй пули Ёсицунэ замедлил бег, после четвертой завалился на одно колено, продолжая тянуться мечом к врагу, пятая пуля оборвала его жизнь. Все стихло, а возможно Синдзи просто так показалось. Городовые осторожно подошли к поверженному самураю. Некоторые люди в толпе застыли в почтительном поклоне. Неожиданно раздался душераздирающий крик, и все вновь пришло в движение. Лишь чиновник, которого так и не настиг меч Ёсицунэ, лежал неподвижно – вместо лица был кровавый огрызок, как будто лицо чиновника откусил тигр. Синдзи оглянулся вокруг в поисках знакомой фигуры в белом. Асакава возникла перед ним прямо из воздуха, заставив резчика инстинктивно отшатнуться назад и упасть на землю. Ее лицо было перепачкано в крови, но сама она улыбалась. – Извини, не сдержалась. *** Вишни и окуней Нет у крестьян, но есть Сегодня у них луна.27 От Иокогамы Синдзи направился на юг пешком. Ему предстояло путешествие через весь юг Хонсю, переправа на Кюсю и дорога на южный берег Империи. Холодало. Дни становились короче, а ветер злее. После инцидента на вокзале резчик старался избегать других людей, чтобы не провоцировать Асакаву лишний раз. Хотя призрак не давала поводов для беспокойства – обыкновенно она большую частьдня проводила в лесах и холмах, окружавших дорогу, по которой шел резчик, лишь утра и вечера проводя вместе с ним. Синдзи каждый день писал сойку и каждый день безжалостно уничтожал рисунок, находя в нем какой-нибудь очевидный недостаток. В этот вечер над провинцией Аки, которая недавно стала префектурой Хиросима, шел проливной дождь. Асакава веселилась, как девочка, играя с ливнем и создавая из воды разнообразные узоры. Даже теперь она оставалась художницей. Синдзи же промок до нитки и сейчас немного завидовал призраку, который могла не бояться превратностей погоды. Впереди блеснул свет фонаря. Асакава заметила его чуть позже, чем Синдзи, и тут же унеслась вперед посмотреть, вздымая под собой мокрую грязь так, что возникало ощущение, будто кто-то очень быстро бежит по раскисшей дороге. Резчик не мог себе позволить бег наперегонки с призраком, потому что боялся поскользнуться в сумерках. |