Книга Проклятье рода Юсуповых, страница 44 – Олег Ефремов

— Хреновая у нас с тобой сестра. Как долго болеешь? Какие симп…признаки болезни у тебя? Что целители говорят? — очень странно выглядела сама болезнь парня.

— Магическая она. У менястранный дар, который никто распознать не может. Вот когда его применяю, начинаю умирать, — Петр посмотрел на брата более внимательно. Он уже походил на живой труп, обтянутый кожей. Глаза наливались кровью, лопались капиляры, словно тот по ночам долго не спал.

— И как проявляется дар? Расскажи, я ничего об этом не помню, по-видимому, сильно ушибся головой в лесу, — Петька был не в курсе какие отношения у Петра до этого были с братом.

— Ты никогда и не спрашивал, ни о моем здоровье, ни о даре, — еще раз усмехнулся Иван. — Я плохо усваиваю обычную еду, меня постоянно рвет. И сейчас, скорее всего вырвет, как ты уйдешь. А дар, похожий на дар сестры, только без гнева. Я становлюсь сильнее и могу быстро перемешаться, но потом становится еще хуже. Поэтому стараюсь меньше двигаться, совсем его не употребляя, дабы не окочурится окончательно.

— А ладаном окуривают, чтобы не пахло рвотой или отгоняют злых духов? — что-то уж очень подозрительным его дар показался. Словно и не дар вовсе. — Также не можешь долго находиться под солнцем, становится хуже?

— Откуда ты знаешь? А, на охоте видел в прошлый раз, как я весь день просидел в шатре, — брат сам придумал причину моего подозрения.

— А вот в лесу не хотелось ли тебе чего-то иного? Крови, например, — брат замер и очень удивленно посмотрел на него. — Приносили же мертвые туши, истекающие кровью?

— Мне показалось, что схожу с ума, поэтому приказал меня пораньше доставить во дворец. Хотел крови, ты угадал, — парень с надеждой посмотрел на Петра. — Если знаешь, что за дар у меня, скажи, не томи.

Вот тут Петр сильно смутился, ведь это не дар вовсе, а последствия укуса, скорее всего. И то, что Иван обращается медленно в нежить, жаждущую крови, процесс не обратимый. Петька, хоть и не испытывал братских чувств, но пугать родного человека, не строившего против него коварных планов, не хотел. Если бы он был на одной стороне с сестрой, то не выпроваживал бы его из дворца. Да и своего правления Русью Иван не видит в будущем.

— Тебя когда-нибудь кусали? Зверь ли, человек ли? — надо было еще прояснить один вопрос.

— Ммм, да. Была служанка, которая меня мыла. Красивая, молодая, она пару раз меня укусила. После второго раза велел ее казнить, — признался он, как на духу.

— А казнил как? Надеюсь, отрубил голову?— поинтересовался Петька на всякий случай. Не хотелось бы знать, что где-то гуляет мертвая упыриха.

— Да, отрубил. Сестра настояла, что так будет лучше, — и вот сейчас в его голове начала складываться картина из разных кусочков. — Стало быть сестра сама ее ко мне подослала?

— Скорее всего. И теперь ты медленно превращаешься в упыря-кровососа? — все-таки решил открыть брату дальнейшие его перспективы. — А когда обратишься полностью, она и тебе голову снимет, как перекусаешь пол дворца. Когда укусила та упыриха?

Вот тут братцу реально поплохело. Он думал, что дар у него какой-то с дефектом, и если им не пользоваться, то можно жить дальше. А вот сейчас понял, что его уже давно убрали из раскладов, просто он об этом еще не знает.

— Два года назад. Я никогда не был здоровым, но за последние два года почти превратился в мертвеца, сам видишь, — он откинул одеяло, задрал рубаху и показал выпирающие ребра, как у Кощея.