Книга Проклятье рода Юсуповых, страница 8 – Олег Ефремов

Три нетрезвых парня переглянулись между собой, осознавая, что отмена свадьбы отчасти выгодное для всех решение. Но кулаки по-прежнему продолжали чесаться, а искать нового виноватого было лень. Поэтому старший зацепился за последнюю фразу паренька, продолжающего бесить своей улыбкой.

— Так-то оно так. Но откуда ты узнал заранее, что появится ухажер Светкин? Ты до этого с ним договорился? — вспомнил, что этот ведьмин выкормыш должен был предупредить хотя бы сестру.

— Нееет, я его до сих пор не видел ни разу, — Гришка понял, что сам себя загнал в тупик.

— А как узнал, что он готов жениться на Светке? Ты же давно ушел с подворья и не видел разборок? — смекнул второй брат, что дело тут нечисто.

— Да, нет, вы не так меня поняли, — напряженно рассмеялся рыжий паренек, — просто подружки невесты болтали, что Светка не хочет замуж и почему-то плакала все утро. Вот и предположил, что свадьба сорвется, если невеста все время рыдает. А малышня, что пробегала во дворе, выкрикивала, что сестру вашу снова берут замуж. Просто услышал через окно.

— Так давайте ему наваляем за то, что он не сказал о том, что ваша сестра плакала, — смекнул причину Микоша, которого еще сильнее разозлили слова парня. Раз причина была все же найдена, три подвыпившихпарня набросились с кулаками на рыжего, изрядно намяв ему бока, поставив несколько фингалов и разбив губы в кровь. После того, как выпустили пар, они с чистой совестью покинули эту приземистую избушку.

Гришка, свернувшись калачиком, сплюнул кровь на половицу, не пытаясь сразу разогнуться. Он знал, что если что-то вдруг будет сломано, то резко двигаться нельзя. Шевеля попеременно то одной конечностью, то другой, понял, что самого страшного удалось избежать. Кроме ушибов и разбитой губы, ничего критичного не произошло. Бабка Авдотья, как ни странно молчала и не причитала, как делала всегда до этого.

Гришку с раннего детства в деревне часто обижали, придумывая различные поводы. Он выделялся среди остальных, словно был чужим среди обычных крестьян. Не только его червивое слово, предрекающее беду, было тому причиной, а сколько напасти, сыплющиеся на головы всех, проживающих в деревне. И никому было невдомек, что неудачи и проблемы, появляющиеся сразу после того, как обидели словом или делом рыжего паренька, это именно его рук дело.

Летом всех деревенских по очереди заставляли пасти скот, сбрасываясь пастуху в конце дня продуктами за его работу. Когда очередь доходила до Гришки, а он начал эту деятельность уже в семь лет, то ему часто скидывали объедки со стола или протухшую еду. Вот только к утру молоко у обидчиков прокисало, зерно сгрызали мыши, а куриц утаскивали лисы. Но кто же мог подумать на мелкого безобидного паренька? Никто и не догадывался о затаенной мести обиженного парнишки.

А уж если более взрослые парни подлавливали слабого мальчугана, дабы потешить свое самолюбие, надавав ему тумаков или изваляв в пыли ногами, то месть не приходила мгновенно. Гришка тщательно продумывал для каждого обидчика свое наказание, дабы никто не смог его заподозрить. Он изучал противников, их желания и страхи. Тем, кто боялся змей, подкладывал ужа в постель. Кто хотел лишний раз отдохнуть от работы, устраивал настоящий аврал. Происходили мелкие неполадки. То бочка с водой прохудится и ее нужно вести к бочкарю, а потом заново носить воду из колодца. То у телеги ось слетит или спица треснет, снова к плотнику обращаться, тратя на это время и ресурсы. Каждому парнишка воздавал по заслугам, при этом широко улыбаясь. В деревне его считали либо блаженным, либо слишком хитрым,но шестым чувством чуяли, что в неурядицах всегда виновато ведьмино отродье, что было недалеко от истины.