Книга Девочка Черной Бороды, страница 64 – Екатерина Ромеро

– Не передумал. Я никогда не передумаю и хватит лезть мне в голову! Занимайся делом!

Бешусь, а сам вспоминаю, как Лейла сегодня спала на мне. Всю ночь и я не мог пошевелиться. У меня был отменный стояк, но приятнее было чувствовать ее на себе. Не ушла, сама подлезла. Замерзала, скорее всего, но все равно. Пусть даже во сне. Мне хотелось ее честности.

Когда вчера Лейла каталась на катке, я снова увидел ее улыбку и ни разу не пожалел о том, что этим катком весь свой двор перекроил. Ее улыбка того стоила.

***

Это странные дни. Такие тихие и одновременно непонятные для меня. Я ничем не занята, но устаю просто адски. Мне хочется спать, даже днем, когда Гафар на работе. Сил нет, я вымоталась, просто устала.

Мне никто ничего не говорит. Никаких дат, никакой конкретики и точно потерянный маятник, я просто живу. Хожу, гуляю по территории, катаюсь на этом катке. Теперь каждый день в доме много сладостей. Тех самых, которыми меня кормил Гафар, когда я совсем отказалась от еды и едва не падала в голодные обмороки.

И я ношу эти сладости теперь всегда с особой. Так странно, мне так просто легче. Надеяться на что-то, зацепиться, получить хоть какую-то гарантию, которой на самом деле у меня нет.

А еще что самое удивительное – я начинаю ждать возвращения Гафара. Не со страхом, я просто хочу его увидеть. Мне лучше, когда он рядом. Тогда у меня появляется это ощущение безопасности, как бы странно это не звучало.

Он все может, все решит, он спасет меня, мелькает в голове. Да, мой мозг так сильно хочет выжить, что готов зацепиться даже за крошечную надежду. Самую малость, человеку ведь много не надо. Какой-то костыль, пусть и надуманная, призрачная опора в виде перышка в руке. И тогда он взлетит в самое небо, не побоиться и я вот, кажется, уже тоже не боюсь.

У меня ничего нет, чтобы это утратить. У меня никого нет, чтобы лишиться с ним общения. Хах, только сейчас понимаю, что у меня есть только Гафар и все эти годы он единственный, кто меня не покидал.

Он всегда был со мной в моих страхах. Столько лет прошло, я пронесла это ожидание и тогда это казалось таким далеким, а теперь нет.

Мой конец. Никогда не думала о том, как умру. Я и сейчас об этом думать не смею. Каждый раз слезы наворачиваются, я все равно не смирилась, хотя да, бывают моменты меланхолии, когда кажется, что я спокойна и мне нечего терять.

– Лейла, сегодня к девяти выходи на ужин.

Фатима. Оно здорово помогает мне все это время, когда Гафар занят. Сидит со мной, пытается рассказывать истории, кормит. Я помогаю ей по дому, со стиркой, с готовкой. Нет, мы не семья конечно, но даже за это короткое время она стала мне ближе, чем Тата, с которой мы были и есть чужие.

– Какой-то праздник у Гафара?

– Не знаю. Он позвонил, сказал чтобы ты была готова. Вот пакеты. Это для тебя.

Принимаю подарки, в пакетах и правда оказываются прекраснейшее платье и туфли, украшения. У меня никогда не было таких вещей. Платье серебристого цвета, так подходит мне, туфли тоже в пору и колье.

Оно усеяно синими камнями, ограненными белым золотом. Я провожу по нему пальцами и все же не решаюсь надеть, оставив украшение на тумбочке. Что-то перепутали. Это не для меня. Гафар не мог мне подарить такие подарки, зачем? Сколько я смогу носить такие вещи? Неделю, месяц? А потом их просто выбросят. Зря.