Онлайн книга «Хроники закрытого города»
|
Слабая детская психика, как смогла, защитила несчастную от осознания страшной правды, заботливо скрыв трагедию детства за плотной стеной в памяти маленькой девочки. Даже когда Маша выросла, повзрослела, вышла замуж, родила детей и по воле Судьбы вновь вернулась в родительский дом, даже тогда крепкий заслон в памяти не прогнулся. А вот теперь, когда она стиснула в пальцах зловещий янтарь, стена рухнула. Разом, без намёков и предпосылок. Громом с ясного неба обрушив на женщину все кошмарные воспоминания. И она задохнулась от ужаса. Мария дрогнула и по стеночке обессиленно сползла вниз. Сверкающий камень выпал из ослабевших пальцев, и Ступин, виновато глянув на женщину, торопливо его подобрал. Глаза её заблестели от слёз, а губы нервно дрожали. Кровь отхлынула от лица, и, едва не теряя сознание, женщина посмотрела на Ступина. – Вспомнила… Я всё вспомнила… Этот янтарь… Он проклят! Где Эля? – голос срывался, но материнскоесердце стенало в агонии. Эпилог Ступин не обманул. После того, как несчастная мать, глотая горячие слёзы, рассказала ему обо всём, Кирилл заручился согласием Шилина и отвёз женщину в лабораторию. Прижав закутанного младенца к груди, Мария беззвучно рыдала. Сквозь слёзы она смотрела через толстое стекло на то, как прикрытое простынёй тело её единственной дочери безвольно лежит под прочным прозрачным колпаком медицинской капсулы и вздрагивает. К телу девочки было подключено множество проводов, датчиков и мониторов. Непрерывные скачки многозначных цифр ничего не говорили всхлипывающей матери о состоянии Эльвиры. – Что с ней? – испуганно выдавила женщина, когда тело Эльвиры дрогнуло, побелело и, покрывшись сетью выпирающих вен, изогнулось дугой. Глаза её распахнулись, и, отшатнувшись от стекла, Мария глухо завыла. Младенец недовольно закряхтел, и мать, сдавленно охнув, зажала ладонями рот. Ступин приобнял несчастную женщину за плечи и вывел из смотровой комнаты. – Вот это мы и пытаемся понять, – выдавил он, сам свято в это веря. *** Когда за ними захлопнулась дверь, Эльвира вновь зарычала и судорожно изогнула спину, сотни мелких горящих иероглифов выступили на мраморной коже. Пальцы руки удлинились и сжались в кулак. Черты лица огрубели, а в распахнувшихся чёрных глазах расплескались созвездия. Кулак с силой впечатался в крышку капсулы, но та даже не дрогнула. А где-то на нижнем уровне, заключённый в стальной саркофаг, вспыхнул ослепительным светом чужеродный кристалл. Когда Ступин, проводив мать Эльвиры, вновь вошёл в смотровую комнату, всё уже было, как прежде. Хрупкая девушка, часто дыша, смирно лежала на месте, а главный янтарь снова угас, растеряв всё своё волшебство. Дверь беззвучно открылась, и к Ступину присоединился озабоченный Шилин. – Тебе нельзя сюда больше, Кирилл. У тебя уже нет допуска. Ты в отставке. – Да брось, генерал. Ты же не хуже меня знаешь, что чекисты бывшими не бывают. Шилин усмехнулся в седой ус, окинул капсулу долгим взглядом и хлопнул Ступина по плечу. – Что происходит с ней, ты понимаешь? – Нет, но предполагаю… – И? – Девочка всё ещё борется. А как надолго её хватит, вот это вопрос. Кристалл нужно как-то нейтрализовать, чтобы отсечь связь от тела. – Мы уже над этим работаем, – озабоченно сдвинул генерал кустистые брови. |