Книга Взгляд хищника, страница 137 – Оксана Заугольная

Он потянул вверх её пижаму, обнажая живот, и нырнул ладонью под неё.

– Думал, лягу тихонько рядом, а вот утром… – Он обжёг дыханием её ключицу и легонько прикусил разгорячённую кожу. – Но раз ты не спишь.

Полина дёрнулась, когда он слишком сильно сжал её грудь. Влад пил очень редко, но сейчас ей непривычно видеть его выпившим, и Полина не хотела проверять, какие демоны вылезут из него из-за такого состояния. Судя по новостным сводкам, большая часть домашнего насилия происходила именно под влиянием алкоголя. Слова-то какие. Как из статьи на новостном канале. Полине не хотелось снова попадать в такую.

– Влад, ты выпил. – Она завозилась, пытаясь выбраться из-под мужа, который увлечённо вылизывал ей шею и ворот пижамы, пока его неловкие пальцы расстёгивали пуговицы. – Давай… давай…

Муж обнажил наконец её грудь и впился в сосок так, словно собирался запить из него алкоголь. Полина охнула. Было и больно, и возбуждающе. Но больше больно.

А тут ещё его нога попала между её, случайно или нет, но раздвигая её колени, и Полина заплакала.

– Давай утром, – сумела выдавить она сквозь беззвучные слезы. – Пожалуйста, не надо!

Она упёрлась ладонями в его грудь, пытаясь отодвинуть и не понимая, кого она умоляет – своего пусть выпившего, но мужа или насильника, что так же наваливался на неё, только не собираясь слушать её, скорее наслаждаясь её хрипами.

Кажется, Влад понял. А ведь Полина вовсе не хотела, чтобы он понял именно это! Она хотела, чтобы он остановился – и больше ничего.

Но Влад застыл, словно изваяние, а потом резко сдвинулся вбок, нечаянно больно проехавшись коленом по оголённой коже.

– Мы немного отметили сведённые отчёты, – глухо произнёс он в сторону. – Немного. Посидел с коллегами.

Он снова заворочался, но теперь укладываясь так, чтобы быть спиной к жене и не касаться. Полину пронзил жуткий стыд. В который раз её личные травмы ломают не только её жизнь, но и жизнь близких? Её проблемы после изнасилования не должны проецироваться на семейную жизнь, разве нет? Она могла бы вспомнить, что с ней муж, а не Зверь, что муж никогда не причинит ей боль нарочно. Просто говорить с ним словами, нормально, он поймёт, он же совсем немного выпил, а не пьян! И потом, разве она не может попросить его включить свет? Тогда она будет видеть его лицо, а сам Влад ведь любит, когда свет включён!

Полине эта идея показалась отличным компромиссом, и она подползла поближе к мужу, тронула его за плечо. Муж не шевелился, но по дыханию она слышала, что он не спит.

Обиделся.

– Влад, – Полина прикоснулась губами к его плечу, – прости меня.

Влад чуть дёрнул плечом, стряхивая её руку.

– Спокойной ночи, Полина, – буркнул он.

Такой переход от яростного желания к холоду обескураживал, но Полина ничего тут не могла поделать. Она и впрямь сильно обидела его. Он понял, что она буквально сравнивает его с насильником, пусть и не в мыслях, а лишь телом – это было фиаско. Полина понятия не имела, как извиняться за такое. Сейчас она уже жалела, что не смогла убедить себя потерпеть. Ей ведь и раньше не всегда нравился секс. При свете, или когда швы не до конца рассосались. Или когда она сама накручивала себе в голове всякие ужасы? Она как-то справлялась с этим, не желая выглядеть недотрогой, манипулирующей мужем?